Случайный папа

Обхватываю ее ладони своими, чтобы отцепить от себя, но ее губы подбираются к моему уху и, обдавая парами спиртного, начинают громко шептать:

– Поздравляю, мой бывший любимый. У тебя скоро родится ребенок!

Незваный гость, а не поленился. Нарыл в сети страшилку для одиноких мальчиков тридцать плюс.

Но я и дальше могу спать спокойно: этот вопрос у меня всегда на контроле. И потому, когда Лена, сдав алкотест в мое ухо, решает взглянуть на произведенный эффект, ее ждет глубокое разочарование.

Не знаю, что она мечтала увидеть сильнее – мой страх от ее новостей или запоздалое сожаление, что мы разбежались.

Не получив ни того, ни другого, она недовольно сжимает свой рот.

Не идет ей так. Вроде бы мелочь, а всю ее красоту перечеркивает.

– Ты бы хоть подготовилась, – поясняю, взглянув на ее облегающее красное платье. – Выбрала бы пудру светлее, обувь на плоской подошве, а главное – рубашку больше на пару размеров.

Я мало разбираюсь в беременных, вожусь лишь с последствиями, как крестный троих малышей.

Но мы расстались примерно полгода назад, и хоть какой-то намек на живот уже должен быть. Даже если предположить, что она продержалась шесть месяцев с новостью про бракованные презервативы.

– А тебе так нравятся замухрышки, – хмыкает она. – Тогда тебя порадует новость, что твой ребенок родится как раз от такой.

– Отличный тост, – поднимаю бокал и обвожу взглядом притихших друзей. – Что, не поддержите? За потомство – вам же близкая тема!

По ходу они раздупляются, что здесь сейчас происходит.

Хищный увлеченно берется за бастурму, Пашка – за сырные палочки в каком-то прикольном кляре. Егор продолжает пялиться в свой смартфон и на Лену – ну молодой еще, красота отвлекает.

– Ты не понял, да? – В глазах моей бывшей загорается огонек, который раньше срабатывал лишь на деньги. – Думаешь, что я пошутила?

Ее мелодичный смех на какое-то время перебивает гул бара. Она умеет пленить, знает об этом, но дважды одни методы не срабатывают.

– А знаешь… – склоняется надо мной, ее ладонь начинает скользить по лицу, и в этом движении, как и в зрачках, на секунду отчетливо проявляется сожаление.

 – Не верь… Я не хотела тебе говорить… пусть бы он рос в нищете, а ты даже не знал…

Она покачивается, и я инстинктивно обхватываю ее. Бывшая. Та, которую я вычеркнул и забыл. Но все равно не хочу, чтобы навернулась со своих каблуков и ее такой видели.

– Но мне так захотелось увидеть тебя, – ее губы подрагивают от этого шепота.