Леший с тобой

Кот вновь сел у моих ног и послушно окинул взглядом сковородку, которая выглядела древней даже при таком относительном освещении, дырявый черпак, две глиняные тарелки с побитыми краями, и одну кастрюлю – старую, искривленную, но на удивление, без единой дыры.

– Ты все еще думаешь, что он будет спешить к нам навстречу? – я взглянула на кота с интересом.

– Ж-жмот! – повторил тот в сердцах, а потом сверкнул глазами в сторону холодильника. – Вот даже хочется, чтобы ты все это съела! Чтобы он потратился! Может, съешь? Я даже лапками сегодня подвигаю, если вдруг что.

– Только если вместе с тобой.

– А что, у нас получится одновременно? – усомнился тот. – Хотя, если ты не будешь громко чавкать…

Рассмеявшись, я подхватила охнувшего кота, усадила на стул, который не преминул противно скрипнуть, и попросила сидеть и ждать. И подсвечивать, когда попрошу.

Кот хотел возмутиться, но потом махнул лапкой и послушно выполнял все, о чем я его просила. Таким образом, была проведена быстрая ревизия и обнаружено, что единственное, с чем нам повезло – это кухонные тряпочки в верхних ящичках.

Трудно назвать богатством второй стакан с трещиной от дна до верха и лепниной жира во всю мощь двухсот грамм, две искривленные маленькие ложечки, почему-то всего одну ржавую вилку и две стопки. Очаровательно. А наливать в эти стопки, видимо, предполагалось подсолнечное масло – уже чуть прогорклое из-за давнего срока хранения.

Или это мерка для соли, сахара и муки, которые я даже не чаяла здесь найти? И которые на первый взгляд были без добавок в виде жучков.

Н-да…

Теперь, видя в каком ужасном все состоянии, я еще раз вымыла первый стакан – немного неправильной формы, скорее овальной, но это такой пустяк, – напилась вдоволь воды с непонятным содержимым микробов и палочек, но другой все равно не было. Отчистила от жира и мусора плиту, рассмотрела на ней значки, напоминающие указатели на индукционной плите, выдраила сковородку, пожарила яйца, поставила на стол тарелку со сметаной и устало села за стол.

– Что-то ты совсем теперь дохлая, – грустно заметил кот и заботливо подвинул ко мне лапкой сметану. – Ешь давай.

– Ем, – я ковырнула отчищенной вилкой яйца, а потом разочарованно положила вилку на битую тарелку, убивающую весь аппетит. Подвинула сметану обратно к коту. – Это тебе.