Керрая. Одна любовь на троих. Том 2

Глава 10

– Зря стараешься, – раздался из кустарников звонкий женский голос, а спустя пару секунд на поляну шагнула Альва, бывшая любовница лэрда. – Все равно подойду.

– Зачем? – удивилась я, недоуменно глядя на красивую темноволосую женщину в коротком красном платье. – Я тебя точно не приглашала.

– А мне не нужно приглашение, чтобы чувствовать себя вольно на территории своего клана, – женщина изобразила оскал, думая меня напугать. – Это тебе, человеку, надо оглядываться.

– Это и мой клан тоже, – напомнила я.

– И кто так считает помимо тебя? – рассмеялась Альва, и махнула рукой на моих друзей. – Спроси у них, если не веришь. Ты – прихоть лэрда, не более!

С большим трудом я удержалась от того, чтобы действительно не оглянуться. Нет, нельзя, тогда бы Альва порадовалась, что легко достигла цели своими ядовитыми «шпильками», а как по мне, она и так слишком много сегодня смеется.

– Даже если и так, – я изобразила беспечную улыбку, и тем самым оборвала смех Альвы.

– Чему ты радуешься?! – взвилась она.

Странный разговор. Странное явление Альвы спустя почти год – я думала, мы встретимся с ней гораздо раньше, но как-то нам удавалось избегать ненужных встреч. Эта же явно была подстроена – ею или кем-то другим? Пока не было времени, чтобы подумать над этим, да и не хотелось, если признаться.

Слова Альвы задели. Я не знала, что они значили для нее, какой смысл она вкладывала в них, но они задели.

А еще я машинально отметила странное поведение друзей – они не вмешивались, и это правильно, пока сила не применялась, я не нуждалась в защите.

– Ты его прихоть! – крикнула Альва в бешенстве, и я даже удивилась, что с ее накрашенных губ не капнула слюна. – Ты слышишь меня? Просто прихоть!

– Даже если и так, – повторила я, пожав плечами, и постаралась улыбнуться так искренне, как только могла. – Я – его настоящая прихоть. А ты уже в прошлом.

– Ты… – задохнулась возмущением женщина, а в следующее мгновенье бросилась на меня.

Последнее, что я увидела, прежде чем машинально зажмуриться и выставить перед собой в защите руки – как меняется ее лицо из человеческого в звериное, и как вместо белых зубов с жадным скрипом сжимаются сильные челюсти.

А потом крик, удар, звук падения, и моим глазам предстала удивительная картина – на земле белая скатерть, уставленная разносолами, и… пустота. Ни Альвы, ни Мартина, ни Хельги, ни зверьков. Никого, кроме меня.