Дом, в котором я тебя потеряла

 – А ты против? Жить там уже невозможно, по крайней мере нашей семье, время его тоже не щадит, с каждым годом состояние все хуже и хуже. Не продадим в ближайшее время – и от него точно ничего не останется.

Я постучала пальцами по столу, раздумывая несколько секунд над словами тети. Что ж, в них есть резон, и мой пыл начал угасать. Злостью тут точно дом не отвоевать.

– Ты могла для начала посоветоваться со мной.

– Да я позвонила бы, как только появился первый покупатель, – тетя Вера не сдавала позиций.

 – В очередь за домом никто не стоит, что толку тебя заранее тревожить? А так, ясное дело, что сказала бы, без тебя эту громадину не продашь.

– Посоветоваться насчет продажи, – пояснила я, решив не отступать. – Ты не думала, что я не хочу его продавать?

– Ну, тогда тебе стоит найти того, кто будет за ним присматривать, пока тебя здесь нет. У меня уже здоровье не то. Да и Динке помощь скоро будет нужна.

– С ней все в порядке? – пожалуйста, скажи, что нет.

– Все в порядке. Забеременела просто, – с запинкой ответила тетя.

Ого, так даже лучше. Я одернула себя. Алиса, нельзя быть настолько злопамятной.

– Ох, поздравляю. Передай ей мои поздравления.

– Спасибо. У тебя как на этом фронте дела?

– Глухо. Что ж, я поняла, теть Вер. Но ты подумай насчет дома – может, его стоит сначала частично восстановить? Я бы могла помочь с деньгами.

Моя рука невольно погладила сумочку, где лежал кошелек с заветной карточкой, на которую я упрямо в течение девяти лет откладывала деньги, сначала с сиротского пособия, а потом и со стипендии, стараясь получать всегда повышенную.

Любая лишняя копейка отправлялась в «Фонд дома», как я называла его про себя. Конечно, сумма не была огромной, но на восстановление дома вполне могло хватить. И я всегда знала, что потрачу эти деньги именно так.

– Восстановить? – Вера всегда оживлялась, услышав слово деньги. – Можно. Так и быстрее продадим.

– Да, вот и я о том же, – одобрительно закивала я, – ты подумай хорошо и позвони мне, ладно?

– Хорошо.

– Тогда до связи. Приятно было тебя услышать, – солгала я, вспоминая холодный пот, который прошиб меня перед разговором.

– И я всегда тебе рада, – под стать мне «искренне» ответила Вера.

Да уж, наши семейные узы как никогда крепки. Отключившись, я некоторое время смотрела в пол. Линолеум, покрытый кругами от жвачек, представлял собой жалкое зрелище. Я вздохнула, отводя глаза. Внутри меня что-то перестраивалось.