Розы тени

Магистр Груффид перебил Мадока, резко обратившись к помешанному:

– Кем ты был раньше?

– Гордецом и ветреником. Завивался. Носил перчатки на шляпе, – отвечал юродивый. – Угождал своей даме сердца. Повесничал с ней. Что ни слово, давал клятвы. Нарушал их средь бела дня. Засыпал с мыслями об удовольствиях, и просыпался, чтоб их себе доставить. Пил и играл в кости. По части женского пола был хуже турецкого султана. Сердцем был лжив, легок на слово, жесток на руку, ленив, как свинья, хитер, как лис, ненасытен, как волк, бешен, как пес, жаден, как лев.

Магистр покачал головой.

– В какой-то миг я усомнился в его безумии. Мне даже показалось, что он кого-то мне напоминает… Но говорить так может лишь действительно одержимый.

Словно в ответ, Том тихонько забубнил песенку, слов которой нельзя было понять.

No sai en qual horam fuy natz:

no suy alegres ni iratz,

no suy estrains ni sui privatz,

ni non puesc au,

qu’enaissi fuy de fadatz,

sobr’ un pueg au.

Malautz suy e tremi murir,

e ren no sai mas quan n’ aug dir;

metge querrai al mieu albir,

e non sai tau;

bos metges es quim pot querir,

mas non, si amau.

– Оставим его, магистр, он совершенно безобиден. Вернемся к твоей повести о короле Леире. – За то время, что магистр пытался выспрашивать юродивого, Мадок наконец собрался заговорить о том, что его действительно беспокоило. – Магистр! Даже этот жалкий безумец угадал сходство твоей истории с событиями нынешних лет.

– О каком сходстве ты говоришь?

В голосе магистра не было искренности – он знал, на что намекает Мадок.

– Смотри сам. Вот нарушен договор, заключенный Леиром с Гонорильей и Регау и их мужьями. Законная власть узурпирована. А потом верная королю дочь, прибыв с войском из Франции, побеждает узурпаторов. Не ясно ли ты дал понять, чьей победы чаешь?

Магистр промолчал, не требуя разъяснений. Война шла слишком давно, и хотя Уэльс оставался в стороне от боевых действий, мало кто не знал об ее причинах.

После гибели единственного законного сына король Генрих Боклерк назвал своей наследницей дочь Мод, по- норманнски – Матильду. Она носила титул графини Анжуйской – по второму мужу, но чаще ее именовали императрицей Матильдой, ибо в первом браке она была за императором германским. Да она и сама предпочитала зваться так, ибо была, по общему мнению, надменна и горда.