Криптия

На удачу Нунны, не на нее, а на Эрке, который приперся к хозяину за приказаниями – и попал под настроение.

Затем, в сопровождении оруженосца, по лестнице сполз Гордиан Эльго. Хоть и считается, что офицеры, тем более пограничные, мастера пить и не знают, что такое муки похмелья, Гордиан страдал со страшнейшего бодуна. И в отличие от димнийского купца, был ведом не голодом, а жаждой. Благо кружку пива с кухни можно было получить незамедлительно. Нунна эту кружку и принесла, но задерживаться не стала, тем более что в зал спускался следующий посетитель.

У Шуаса физиономия была крепко заспанная. Именно заспанная, а не непроспавшаяся. Он смачно зевал и потягивался на ходу.

– И никогда-то в этих гостиницах вздремнуть не дают в охотку, – жаловался он. – Думал – тут не город, мешать никто не будет, завалился с вечера пораньше, ан и здесь с утра ор стоит…

– А Бохру как же? – спросила озадаченная Нунна. Она, как и Дуча, предполагала, что мальчишка с вечера ушел вместе с Шуасом.

– Какой еще Бохру? – недоуменно спросил купец.

Хозяйка снова показалась в коридоре, и Нунна метнулась было к ней – наябедничать, что Бохру отлынивает от работы и вообще шляется неизвестно где. Но Ланасса отстранила ее. Она разглядела, что в глубине коридора показался Рох, но почему-то не подходит, и не зовет ее. Выражение лица его не сулило «Лапе дракона» ничего хорошего.

Ланасса поняла, что Рох обнаружил нечто, но не хочет привлекать лишнего внимания, и быстро подошла к нему.

– Ну что? Нас ограбили? – тихо спросила она.

Охранник покачал головой:

– Хуже.

Владелице гостиницы логично было спросить: «Что может быть хуже?», но Ланасса этого не сказала, а требовательно глянула на Роха.

– В погребе труп, – сказал он. – Для того и подломали, чтоб туда запихнуть.

– Чей?

– Не знаю.

– Как это «не знаю»? Кто-то чужой?

– Не знаю, потому что разобрать не мог… его ж освежевали, хуже, чем скотину на бойне, и руки отрезали, и голову… я чуть не блеванул, а ведь по жизни всякого повидал…

Трудно сказать, побледнела ли Ланасса при этих словах – она была бледна от природы.

– Получается, эта кровь, на стенах и на полу…

– Ага, там ведро пустое стоит. – Рох пытался объяснить, что, по его мнению, кровь убитого сцедили туда, смешав со свиной, а потом выплеснули. Но такие сложные рассуждения были не по нему, вдобавок он не мог взять в толк, зачем все это было сделано.