(Не) моя история любви

Скорее всего это чувство будет преследовать меня.

На утро он уходит. Молча, без скандалов. Даже не прощается. А я сижу на пуфе в прихожей, даже не закрываю дверь, что осталась нараспашку.

Выныриваю из воспоминаний и поворачиваюсь к подруге.

– Мы летим в Рим, ты с нами?

Марина неопределенно пожимает плечами.

– Наверное, нет, бусь, – отвечает, глубоко вдохнув. – Побудь с Сережкой, я вам там не нужна.

– Глупая, – улыбаюсь я, но ответ ее принимаю.

Немного позже начинаю складывать вещи Сережки в небольшой чемодан.

– Когда вылет? – спрашивает Марина, помогая мне.

– Вечером, – отвечаю я и, потянувшись за телефоном, спешно бронирую еще один билет и номер в отеле.

Марина хотела путешествовать. Посмотреть мир, себя миру показать. Но так уж вышло, что подруга отложила свои мечты в сторону ради меня и моего сына. И я испытываю неловкость перед ней сейчас.

– Собирайся, – улыбаюсь ей. – Ты едешь с нами.

Она смотрит на меня немного удивленно, но потом кивает. Знает, что спорить абсолютно бесполезно. Так и проводим день, в спешке складывая вещи и попутно болтая о предстоящих каникулах.

Вечером мы уже сидим в такси, что мчит нас в сторону аэропорта. До вылета остаются несколько часов, которые мы, скорее всего, проведем в кафе, что в зале ожидания.

Сдав багаж, мы проходим таможенный контроль и уверенно двигаемся в сторону огромного длинного зала. Он поделен на секции, каждая из которых имеют свою стойку регистрации и выход к рукаву, либо автобусу.

Найдя необходимую нам секцию, мы располагаемся за столиком кафетерия и делаем заказ. Сережка, как обычно, просит мороженое, а мы с Мариной ограничиваемся кофе. Так пролетает час, совсем незаметно для нас троих.

Я оглядываюсь по сторонам, невольно ища в толпе знакомые лица, хоть и понимаю, что это глупо.

– Мам, можно я пойду туда? – тычет пальчиком Сережа, указывая на подобие детской площадки.

Я киваю, но во мне вдруг просыпается волнение. Сын убегает, а я хочу подняться, чтобы пойти следом за ним, однако Марина не дает мне сделать этого.

– Натусь, он рядом, в поле нашего зрения, – говорит она, придерживая меня за рукав. – Спокойно пей кофе, не будь наседкой.

Волнение не утихает, а перерастает в плохое предчувствие.

Я кожей ощущаю на себе чей-то тяжелый взгляд и начинаю ерзать на стуле, будто села на ежа.