Сад камней

Представляя, что сейчас объект моей любви в тепле и комфорте лопает пельмени, я начинала понимать смысл высказывания « От любви до ненависти один шаг». В моем случае, расстояние было куда меньше. Бьющая энергией Анька, стуча зубами, подбадривала меня:

– Ничччеггго. Потттом ещще спппасибо скккажет…

Кто скажет спасибо, и за что, я не понимала, но списывала это на мою неосведомленность в амурных делах.

Следующим шагом в покорении сердца некоего Димки, Анька считала кардинальное изменение моего имиджа.

– Не знаю- не знаю, – сокрушалась она, – сможем ли мы что-то сделать, ты ведь такое чучело. Хотя бы косу отрезать, а то смотреть страшно.

Легко сказать – отрезать косу, когда у тебя вихрастая голова кудрей, которые растут не в длину, а ввысь. Анька знала, что стричься мне не разрешают, поэтому разработала гениальный план.

– Так! Стричь тебя надо.

Я презрела все разумные пределы, отдав себя в Анькины руки. Обкорнав мой лучший правый бок чуть ли не под ноль, она изволила начать репетицию дабы я подобно двуликому Янусу, могла показывать лишь одну из своих личин без опасности разоблачения.

Мои родители очень встревожились, когда увидели, как их скособоченная дочь пытается идти вперед, а смотреть назад. А наш «Ромео» сразу занервничал, заметив, что за ним по пятам неотступно следуют какие-то странные девочки, одна из которых – высокая и со странной причёской ходит исключительно профилем, а другая – маленькая и взлохмаченная постоянно осматривает окрестности в театральный бинокль.

После разговора с родителями по поводу моего внешнего облика, я решила разлюбить этого дурака Димку и вообще никогда не влюбляться, но Анька была переполнена планами относительно нашего с Димкой ближайшего будущего. Ни о чем другом, кроме нашего счастья, она не могла и думать.

– Слушай! Наташка! Ты же должна ему ключи отдать! – хлопнула как-то она себя по лбу.

– Зачем???? – испугалась я.