Сад камней

Мы, конечно, обещали Инну Викторовну не трогать, но надо бы ей все -таки повышать квалификацию, в самом-то деле. Учитель, называется.

А вот насчет всех остальных людей мама ничего не говорила, так что, мы, окрыленные, подобно светочам знания, побежали предлагать гулять, взявшись за руки, всем, кого знали.

Закон джунглей

– Не понимаю, как можно быть такими верзилами, – возмущалась Анька, – я вот полюблю только того, кто ниже меня.

Взглянув на маленькую Аньку, я забеспокоилась, что искать, кого полюбить, ей придется среди лилипутов.

– Почему обязательно ниже?

– Ну как же! Наполеон же был ниже Жозефины, – Анька постучала себя кулаком по лбу, ясно давая понять, что она думает по поводу моих умственных способностей.

Постичь логику в ее рассуждениях не представлялось возможным, поэтому я отодвинула мысль о Наполеоне на задний план. Потом как-нибудь обдумаю эти параллели, возникающие в Анькиных мозгах.

С тех пор, как я связалась с Анькой, времени стало меньше, а думать приходилось больше.

– Не Панчо, а Панса, – поправляла я.

– Не показывай им, что ты зубрила, – шипела Анька, – закон джунглей, понимаешь?

Я совершенно ничего не понимала в законах джунглей, так как жила на крайнем севере, но внимала Анькиным мудростям в напряжённом состоянии ума, пытаясь отследить взаимосвязь между ее умозаключениями.

По вечерам мы обычно ходили в бассейн. Анька плавала, как Ихтиандр, а я на мелкоте среди малышни кайфовала от запаха хлорки.

Я лежала на мели и никого не трогала, когда Аньке пришла в голову мысль непременно научить меня плавать. Вероломно заманив меня на трамплин, она без малейших колебаний спихнула лучшую подругу в воду. К ее великому удивлению, я не поплыла мгновенно ни кролем ни брасом, зато умудрилась потерять пол-купальника.

– Наташка! Ты зачем разделась-то? – выпучила она глаза.

– Сама ты дура! Зачем ты меня столкнула! Теперь мне здесь сидеть, пока воду не сольют, – проворчала я.

Анька хлопала глазами и уверяла, что именно так все и учатся плавать. И вообще всему так учатся. И рождаемся даже таким методом – чего я тут возмущаюсь.

Но вдруг посреди безбрежных вод кто-то поднял над головой, как флаг, красную тряпочку:

– Кто трусы потерял?

– Это не трусы, это купальник! – пискнула я.