Кочумай, Кочебей. Старая история из жизни детективного агентства

Где-то он там прятал ребенка… И вот когда мы хоронили Кочубея, все напились… Страшно… И Сашка кричал: «Кочумай, Кочубей!»

Пит вздрогнул. Лена прокричала эти два странных слова протяжным хриплым голосом.

– Мол, спи спокойно дорогой товарищ… – Лена хихикнула. – Он выкрикнул это раз двести, и по-моему, все сошли с ума только от его крика. Это был какой-то припев к песне, которая звучала внутри него… Кочума-аа-й, Кочубе-ей… – снова повторила она, только уже тихо. – Восемь лет, что бы я ни делала, как бы ни затыкала уши, этот крик звучит у меня в голове.

– Вы бы мне действительно помогли, если бы составили список всех людей, которые были на той вечеринке у Сашки… как его фамилия?

– Варфаломеев. Там было… человек двадцать… – она с сомнением покачала головой.

– С адресами и телефонами, если возможно.

– Вы хотите поговорить с каждым из нас? Это займет два года! А, поняла! Вы соберете нас всех в том подвале, поставите напротив отсидевшего свое Булатова и будете провоцировать убийцу на признание, чтоб у него нервы сдали, да? – Лена засмеялась.

– Кочумай, Кочубей, – остановил ее Пит. Лена заткнулась, как будто ей забили в рот кляп. – Извините, я случайно… От этих двух слов, и правда, оторопь берет, так и подмывает сказать их по какому-нибудь поводу… Или просто так.

– Или просто так, – повторила Лена. – Я попробую… составить вам список, хотя…

Пит попытался ее отвлечь:

– А почему вы меня пригласили сюда, к Михайловскому замку? Живете неподалеку?

– Нет, – Лена постепенно обретала дар речи. – У нас здесь студия. Эти ступени – самые лучшие подмостки города… А я бы хотела, чтобы вы почувствовали искусственность, ненатуральность этого дикого убийства. Я люблю театральные эффекты… Но вы, как я вижу, тоже…

– А что за подвал, что за мастерская, где вы тогда пьянствовали? – Пит обругал себя, споткнулся, но слово уже вылетело.

– Пьянствовали, пьянствовали! – согласилась Лена. – Мы только и делали, что пили. И вот вам результат… А Сашкина мастерская, бывшая, конечно, здесь, недалеко, переулок между Фурштадтской и Кирочной, двухэтажный флигель во дворе. Раньше была дворницкая, а потом – котельная, плюс мастерские художников андеграунда. История Петербургской культуры.