Дети Великого Шторма

Отовсюду слышалась музыка – играли флейты, гитары, сирринги и инструменты, названий которых мастер-корабел не смог вспомнить. Каждый музыкант стремился превзойти соперников и приманить как можно больше танцующих. Звуки сливались в безумную какофонию, но это никого не заботило. Торговцы знай себе наполняли кружки клиентов пивом и сарьей да собирали монеты в карманы засаленных фартуков. Лица вокруг становились все веселее. В толпе шныряли подозрительного вида мальчишки – у городских карманников определенно были свои причины радоваться празднику.

К югу от причала, где стояла «Невеста ветра», набережная раздалась, образовав небольшую площадь с фонтаном посередине. Фонтан изображал Эльгу, попирающую бурные волны, которые символизировали Великий Шторм. Улыбка богини показалась Эрдану хищной… но, быть может, лишь из-за отблесков красного света на ее лице? Поблизости играл маленький оркестр из двух скрипок, флейты и небольшого барабана. Музыканты работали вдохновенно, и вокруг собрались те, кто в самом деле любил танцевать, включая Умберто, который был отличным танцором.

– Милое зрелище… – сказал Крейн, и оставалось лишь догадываться, к чему относились эти слова.

Предыдущая мелодия подошла к концу, и послышались первые ноты джейги, веселого и очень быстрого танца. Магус шагнул в ту сторону, где стояли Эсме и Камэ, но тут Умберто, оказавшийся ближе, подскочил к целительнице и увлек ее за собой, хотя девушка и сопротивлялась… Впрочем, не очень сильно.

Крейн остановился.

Камэ увидела капитана и, проскользнув между двумя дюжими матросами, вознамерившимися пригласить ее, подошла к нему. Ее улыбка светилась ярче, чем любой из фонариков. Слов Эрдан не расслышал, но и так все понял. Магус чуть помедлил, а потом кивнул – и они присоединились к танцующим.

Эрдан подумал, что ему стоит вернуться на корабль. Час был поздний, танцевать он не умел и не хотел, да к тому же среди веселящейся молодежи чувствовал себя древней развалиной.

– Не танцуете? – спросил чей-то голос. Мастер-корабел оглянулся и не сразу понял, кого видит перед собой, а когда понял – сильно удивился.

– Я-то не танцую, это понятно, – сказал он с ухмылкой. – А что же ты стоишь? Или у тебя не просто так голова седая, и ты и впрямь стар для таких вещей?

Парнишка из трюма смущенно заулыбался. «Как же его зовут? А, вспомнил. Хаген».