Душа ловчего. Хроники Ипсилона

К десяти часам вечера все стихает, улицы пустеют. А в полночь жизнедеятельность замирает, окончательно впадая в глубокий сон. Исключения из правил есть, это увеселительные заведения. Но в небольшом городе их мало.

Пройдя еще немного, начинаю замерзать.

Поднявшийся ветер продувает легкую блузку.

Ежусь при каждом порыве. Обхватываю руками плечи, растираю их. Озноб отступает, но тут же возвращается с новым дуновением. Но…

Ощущение холода не сравнится с леденящим душу предчувствием.

За мной следят!

Нервно оглядываюсь по сторонам, рассеивая внимание настолько, что теряю контроль. Спотыкаюсь о выбоину в асфальте, лечу вперед и врезаюсь в случайного прохожего, который цепляется за меня, надеясь устоять. Чужие пальцы больно впиваются в плечи.

– Извините! Я случайно споткнулась, – говорю, а сама изучаю планку рубашки, застегнутую на металлические пуговицы. С опаской поднимаю взгляд к лицу незнакомца.

Хищный оскал. Губы растянуты в недоброй улыбке.

Глаза горят безумным азартом.

Черт! Как такое может быть правдой?

– Алекс? – испуганно шепчу его имя.

– Так-так! Кто это здесь у нас? Маленькая бунтарка! Я тебя поймал, – язвительно произносит тот, обдавая мое лицо резким неприятным запахом.

Табак? Или что-то еще?

Непроизвольно морщусь, вдыхая ядреную смесь.

– Азарова, я даже не догадывался, что ты… Больная на всю голову!

– Отпусти! Ты делаешь мне больно! Останутся синяки! Будешь отчитываться за каждый перед моей мамой! Въехал? – разъяренно выпаливаю и пытаюсь выкрутиться из его пальцев.

– Мне нет никакого дела до твоей мамаши? – зло усмехается блондин и трясет меня за плечи.

Дело дрянь. Не видать мне свободы, как своих ушей!

– Алекс, ты не в себе! И пожалеешь обо всем, что наговорил сегодня. Вот увидишь! – взываю к здравому смыслу.

Заглядываю в глаза обидчика. В них столько злой решимости, что становится страшно.

Он смотрит на меня, как на добычу.

Маска милого симпатичного мальчика вмиг слетает, выпуская наружу демона. Губы кривятся в усмешке, приоткрывая оскаленные белые зубы. Красивые глаза становятся стеклянными под действием дурманящего средства. Зрачки расширяются, а голубые радужки теряют былую яркость, обесцвечиваясь.

Приступ ужаса! Вот что я сейчас чувствую.

– Завтра? Плевать я хотел на то, что будет завтра! Главное… – заметив мое состояние, он неожиданно признается.