Кто первый на виселицу

Вряд ли Алексей взял себе в жены замарашку с полным отсутствием вкуса.

Затем произошло следующее: моя идея с маскировкой с треском провалилась. Несмотря на то, что я поставила машину на достаточно удаленном от конторы расстоянии, Алексей заметил ее и узнал меня. Он вытаращил свои большие голубые глаза, потом растопырил руки и пошел мне навстречу.

Первым моим порывом было нажать на газ и рвануть с этого места. Но если это Алексей меня преследует, то он поймет, что я его раскусила и еще решит, что я его боюсь.

А это мне совсем не было нужно. Наоборот, если это он, то нужно показать, что я нисколько не испугалась его идиотских выходок и постараться припугнуть его самого.

Поэтому я осталась на месте и ждала, когда Алексей приблизится ко мне. Он подошел, улыбаясь во весь рот.

– Полина! – пропел он, нагло открывая дверцу и опускаясь на переднее сидение рядом со мной. – Ты приехала ко мне?

– Вообще-то да, – ответила я, – но не затем, чтобы сообщить тебе, что я схожу по тебе с ума.

Мне нужно с тобой поговорить.

– Да-да, конечно, конечно, – обрадовался он. – Поедем ко мне или к тебе?

– Поговорим в машине, – разочаровала я его. – Мне интересно знать, как ты ко мне относишься.

– Поля, ты же знаешь, – покраснев, ответил он. – Ты очень хорошо знаешь, что я тебя люблю. Более того, я готов хоть сейчас идти с тобой в загс, если ты не против.

– А если я против? – спросила я и закурила сигарету.

– Ну, тогда… Что ж… Я подожду, когда ты согласишься.

Может, дать ему надежду? Он обрадуется, язык развяжется, он мне все и расскажет.

Я, конечно, не психолог, действую наобум, как интуиция подскажет…

– Я вообще-то сейчас одна… – соврала я.

Жаворонский сразу же воодушевился:

– Правда? Так это же здорово! Мы могли бы с тобой встретиться, завтра, например.

– Но в загс я не собираюсь идти, – сразу же приготовила я путь к отступлению и поспешно добавила:

– Вообще ни с кем. Просто я против брака вообще. – А то еще подумает, что я его считаю каким-то ущербным.

Кто знает, как он отреагирует? – А вот просто пообщаться с тобой можно.

– Ну, насчет загса мы еще поговорим, потом, – Жаворонский заметно повеселел и даже приблизился ко мне, пытаясь обнять.

– Алеша, а помнишь, ты грозился мне отомстить, если что? – отстранившись, спросила я о том, что меня больше всего волновала в этот момент.

– Ах, ну это… – смутился Жаворонский. – Это я от отчаянья говорил. Чтобы ты вернулась ко мне.