Чудеса начинаются сразу…

Но довести до ума чужую разработку – это он мог, как в случае со снами, а вот слить информацию – нет.

Аленушкину все боялись. Она была теткой принципиальной. Даже удивительно, что она могла пойти на нарушение ради племянника выдала ему засекреченную работу.

– Ты лучше проверь трубопровод идей. Вполне американцы могли в него врезаться. Он же хоть и засекречен, но обнаружить его вполне могли, – развил свою мысль Козляткин.

Агнесса посмотрела на коллегу с уважением. Действительно, очень простое решение, оно же обычно самое правильное.

Агнесса заглянула к ребятам из техотдела. Обсудили предположение Козляткина. Вскоре послали дроны вдоль трубопровода идей. Так и есть. Где-то в глухой деревне обнаружили несанкционированное подключение. Обрезали и заварили наглухо. Поставили датчики. В институте успокоились.

Пришли новости от Вари. Птеродактиль рос не по дням, а по часам.

Агнесса, как куратор объекта, отправилась в знакомое место. Стояла тишина, было раннее утро. Слегка попахивало гнильем. На крыльце показался всклоченный Гамадрилкин.

– Стоять! – скомандовала Агнесса.– Быстро признавайтесь, каким образом к вам попала моя идея с персонажами снов?

Гамадрилкин, удивленный неожиданным нападением, даже не думал оправдываться.

– Так мне Козляткин папочку дал посмотреть, говорит, глянь, может что подправишь…

– Вот козел! – в сердцах выпалила Агнесса,– а мне заливал про вашу тетушку Аленушкину, заведующую архивом.

Гамадрилкин выглядел ошарашенным.

– С чего вы взяли, что она моя тетя? Она мой научный руководитель, три шкуры с меня драла, пока я стажировался. Вы же знаете, что Аленушкина заколдует, но на нарушение не пойдет.

Агнесса не могла понять, зачем Козляткин её обманул.

– Ладно, разберемся, – подумала она, и продолжила вслух – пойдемте вашу птичку отправлять обратно, а то она скоро выведет из строя местный летный состав. Вчера за вертолетом гонялась, опасное это дело.

Гамадрилкин позвал:

– Федя! – и свистнул.

Послышался шум кожистых крыльев и на поляну спикировал подросший птеродактиль. Он проковылял к Гамадрилкину и потерся о его ногу зубастым клювом.

– Ну что, домой хочешь? – на полном серьезе спросил Гамадрилкин.