Чудеса начинаются сразу…

Бабушка вас послушалась и зарегистрировалась, как самозанятая. Сейчас активно обсуждает условия с гномами. Она прямо помолодела!

– Забавно. Каким образом она с ними общается?– Агнесса побарабанила пальцами по столу.

– Они ее в телеграм-чат включили.

Агнесса хихикнула. Действительно, как в сказке!

– Привет бабуле! – и она отключилась.

Оставалось всего три дня до конца отпуска, и специалист по волшебным превращениям не хотела потратить их на ерунду.

Глава 4

Возвращаясь из отпуска, Агнесса решила-таки заглянуть к Гамадрилкину, но он опять куда-то улетел и был вне доступа, поэтому она прямиком отправилась в родной город.

Вернувшись домой, Агнесса первым делом решила проверить, каким образом к Гамадрилкину попала ее научная разработка, которую ученый совет забраковал, как нерабочую. В институте Чудес и магических превращений строго следили за секретностью подобных исследований. Иногда они неожиданно “выстреливали” через много лет, но до поры до времени хранились под грифом “секретно”.

Самым простым способом было спросить у самого Гамадрилкина, но он на связь не выходил.

Дома Агнесса разобрала чемодан, включила робот-пылесос, пыли поднакопилось изрядно, села за стол и задумалась. Она чувствовала, что события вокруг неё происходят не просто так.

Во-первых, секретная лаборатория, куда Агнесса попала с легкой руки Вари, не значилась в списках подразделений института. Она проверила. Во-вторых, слишком много событий крутилось вокруг этого места в течение последнего месяца.

К чему бы это? Агнесса верила в теорию знаков. Тут она заметила, что пылесос тычется ей в ноги и отошла в сторону

“Утро вечера мудреней”, – сказала сама себе Агнесса и легла спать. Ночью ей снились драконы, золотые лошади и китайские хохлатые собачки.

На следующий день Агнесса поехала в родной институт. Поднялась в приемную директора. Секретарша, обожавшая Агнессу, распахнула перед ней дверь. Когда-то Агнесса помогла ей в одном щекотливом деле.

Директор, увидев Агнессу, вскочил и заулыбался.

Он обладал яркой и необычной внешностью, был весьма привлекательным мужчиной, со снежно белыми волосами и ухоженной бородкой. Он выглядел лет на 35-40, иногда на 60 с хвостиком, когда был зол. Стильно одевался, и многие сотрудницы тайно вздыхали по нему.

Людям, мало с ним знакомым, директор казался душкой, но Агнесса-то знала, что не дай бог попасть ему под горячую руку. Когда директор сердился, он изрыгал пламя и проклятия.