Укус змеи (сборник)

Браво Мише, который внушил девушке такие мысли! Когда же он «пустил петуха» (его собственное выражение, аналогия с пением), Раечка не могла скрыть удивления и разочарования.

Ее реакция привела к тому, что Миша запаниковал. Его охватил самый ядовитый из мужских страхов – страх импотенции. Иметь молодую жену и не мочь? Вдруг не временно, а навсегда? Чем сильнее страх, тем хуже для потенции. Она куда-то, в глубину тела, спряталась, и доставать ее на свет божий требовалось больших Раиных усилий. Девушка старалась, а Миша все более паниковал.

По местному телевидению крутили идиотскую рекламу афродизиака. Средство называлось «Ниагара», и мужик с внешностью побитого молью плейбоя уверял, что после приема лекарства его сексуальная мощь подобна знаменитому водопаду. Далее шли кадры бушующего Ниагарского водопада и грубо вмонтированные в пейзаж седой плейбой, обнимающий за талию девушку. «Сравнить сексуальную потенцию с падающей водой, – думал Миша, – может только кретин». Но реклама подействовала. Михаил решился купить лекарство.

Он заглянул в три аптеки и только в четвертой набрался храбрости подойти к окошку, за которым сидела пожилая тетка, и тихо попросить «Ниагару».

– Рецепт есть? – спросила провизор.

– Нет. А нужен?

«Какой стыд! – покраснел от смущения Миша. – Она смотрит на меня и думает: вот явился импотент без рецепта!»

– Тогда только упаковку, не больше.

– Давайте!

– Что еще?

– А вы как полагаете? – натужно весело откликнулся Миша. – Презервативы, конечно. Сколько положено в одни руки?

«Руки!» – повторил он про себя и рассмеялся уже более раскованно.

– Без ограничений, – равнодушно ответила провизор, не оценившая его юмор.

Миша потратил на «Ниагару» ползарплаты. Любовный стимулятор был недешев.

Афродизиак подействовал! Миша принял его вечером того же дня. И все получилось! На радостях Миша ударно отработал за все случаи позорного любовного простоя. Раечка улетела на седьмое небо.

Она затихла у него на груди (ходившей ходуном), ласково ворковала и не сразу обратила внимание, что с Мишей неладно.

Села на кровати, посмотрела на него и мгновенно испугалась. Лицо Миши, бледное до зелени, искажено гримасой страшной боли, рот открыт, губы лилового цвета. К потному лбу прилипли волосы, в глазах – ужас смерти. Этот ужас ни с чем не спутаешь. Миша дышал судорожно и часто, одну руку прижал к грудине, второй захватил горло.

– Милый, что с тобой? – перепуганно тряслась Рая.

– Больно, – прохрипел он.