Татьянин дом

Она сделала попытку снова перейти на «вы», но Борис не откликнулся.

– Жена и дочь вряд ли бьют тревогу, – сказал он. – Полагают, что я у сестры в Перематкине. У меня к тебе просьба. Могу я… – Он запнулся, послышались странные звуки, похожие на мычание коровы. – Могу я у тебя оставить продукты, которые сестре вез?

– Конечно, и если им еще что-либо нужно, я могу дать. Меня дети завалили провизией. Даже их буйные компании не в состоянии уничтожить все съестное.

Они вошли в полутемный дом, Татьяна щелкнула выключателем – света не было.

– У меня какие-то слуховые галлюцинации, – Татьяна потерла виски, – все время слышу трубный звук.

– Помешательство коллективное, – кивнул Борис, прислушиваясь, – мне тоже чудится.

Они замерли и отчетливо услышали откуда-то из-под земли протяжный стон. Посмотрели друг на друга.

– Ты здесь прежде никого не хоронила? – спросил Борис.

– Перестань, я боюсь, – прошептала Татьяна.

– Неси ружье, – так же шепотом проговорил он.

– Оно не заряжено, – еще тише сказала Татьяна.

– Последний акт! – гаркнул Борис, и Татьяна завизжала от страха, присела и закрыла голову руками. – Незаряженное ружье выстрелит! – патетически продекламировал Борис. – Ну? И чего ты испугалась? Вставай с колен, девушка. – Он помог ей подняться. – Живет здесь одна, на выселках, в снегах и пожарищах, и боится простых вурдалаков. Я думал, ты давно с ними подружилась. – Он держал ее за плечи.

– Здесь нет вурдалаков. – Татьяна по-прежнему шептала. – Вообще никого нет, все очень спокойно.

В этот момент снова раздался гулкий стон.

– Да, я слышу. – Борис разжал руки. – Местечко исключительно тихое. Особенно последние сутки.

Непонятные, тревожные звуки отбили и у него охоту шутить и позерствовать. Он не хотел показывать своего беспокойства, но чувствовал себя персонажем в страшной детской сказке про черную-черную ногу.

– Дополнительное энергоснабжение у тебя есть? – спросил он Татьяну.

– Да, в гараже генератор газовый. Надо включить.

– Так пойдем в гараж?

– С ружьем?

– Нет, с осиновым колом.

Борис оглянулся: чем бы вооружиться? Остановился на кухонном топорике. Взвесил его в руке – игрушка, но с ней увереннее себя чувствуешь.

Татьяна почти прилипла к его спине, Борис слышал запах ее духов и клацанье зубов. Они шли осторожно, оглядываясь. Борис держал топорик в отведенной в сторону, приготовившейся к бою руке.