Простите меня! (Сборник)

Кто вас упрекает? Какие такие мучения? Вы, Эмилия, нам в копеечку влетаете. Может, отщипнем от наследства?

– Нет, только после моей кончины.

– Вы нас всех переживете.

– Андрей, прекрати! – не выдерживает Марина.

Наедине они не раз обсуждали вероятное содержимое шкатулки. Марине казалось, что там груда драгоценных камней, как в сказке, в кино про сокровища. Она представляла захватывающий момент: открывают шкатулку, и всеми цветами радуги вспыхивают бриллианты, оттеняя благородство старинных изумрудов и рубинов.

– Какие сокровища? – возражал Андрей. – Если бы у нее были драгоценности, она не приперлась бы сюда, не спала на кухне. – Но и у него оставалась детская надежда на сказочное богатство. – Давай тихо вскроем шкатулку? – предлагал он.

– Что ты! – пугалась Марина. – Это неблагородно.

– Конечно. Зато очень благородно утром ждать по часу, пока твоя бабушка освободит туалет.

– Андрей, она старый человек…

– Вот пусть и опорожняет кишечник, когда я уйду на работу.

Если в семье Марины бабушка устроила тихий террор, то у Антона громкие скандалы следовали один за другим.

– Твоя жена, – сказала она вечером Антону, – вульгарная пошлая базарная торговка.

– От пыльной актриски погорелого театра слышу, – не осталась в долгу Лена.

– Не нравится, бабуля, – поддержал супругу Антон, упорно не признающий «Эмилии», – катись на все четыре стороны.

У Марины, пока та гуляла с ребенком, бабушка могла оставить записку: «Я в парикмахерской. Приди расплатись». Марина мчалась в салон, где бабушке сделали педикюр, маникюр, покрасили, постригли, уложили дурацкий шиньон – все по высшей ставке, и расплачивалась. Эмилия запускала руки в семейные деньги. Ничтоже сумняшеся брала их из ящика стола, шла и покупала себе коньяк, сигареты, самые дорогие шоколадные конфеты. Марина, без упреков, переложила деньги, спрятала в книгах.

С Леной у бабушки трюк с парикмахерской не прошел. Эмилия, кроме обычного набора сделавшая массаж и принявшая дозу ультрафиолета в солярии, торчала в салоне до позднего вечера. На звонки с требованием оплатить услуги Лена отвечала:

– Разбежалась! Бабуля, живите по своим средствам, а не по нашим.

Директорша салона грозила милицией, но потом все-таки отпустила старушку, взяв себе за правило с пожилых маразматичек брать деньги вперед.