Школа для толстушек

Огромный белый дог лошадиной расцветки «в яблоках». Он и скакал как конь: несся с противоположной стороны двора, хрипло лаял, перепрыгивая через лавочки на детской площадке.

Лева в испуге тихо заверещал, присел на корточки и закрыл голову руками. Ирина всегда боялась собак. Если бы не Лева, она бы припустила наутек или стала в истерике забираться на дерево.

Она сделала два шага вперед, подняла руку с черной лакированной сумочкой и принялась кричать высоким, не своим, голосом:

– Как ты смеешь нас кусать! Немедленно прекрати! Это что еще за безобразие! Кто тебе позволил так себя вести!

И собака затормозила, подняв облачко пыли в метре от них! Она рычала, показывала зубы, но не бросалась.

Сердце у Ирины билось с такой силой и частотой, что казалось, сейчас вырвется из груди и покатится под ноги страшной псине.

Ира продолжала громко стыдить дога, когда подбежала его хозяйка. Очень маленькая женщина, ее голова чуть выше морды собаки.

– Почему вы не держите ребенка? – вдруг напустилась она на Ирину.

 – Обнаглели!

– Я… ребенка не держу? – изумилась Ирина.

– Конечно! Завела – так смотри за ним!

– За ним? – опять глупо переспросила Ира. Коротышка дернула собаку за ошейник и, продолжая ругаться, засеменила с ней прочь.

Ирина хорошо понимала психологию хозяйки дога. Говоря народным языком, лучший способ обороны – нападение, сам дурак, бей первым, пока не разобрались. И почему такая крохотная женщина завела громадного пса, тоже знала.

Но это не спасло Ирину от унижения, которое она всегда испытывала, пасуя перед наглостью и хамством.

– Мама! Ты такая смелая! – всхлипнул Лева, вставая.

– Считаешь? – машинально пробормотала Ирина.

– Прости меня, – сын поднял на нее глаза, полные слез, – прости, что не сумел тебя защитить.

– Не выдумывай! – Она судорожно прижала Леву к себе. Вторая волна страха смыла терзания на тему «недотепа я несчастная, не умею достойно хаму ответить».

Надо найти в этой ситуации что-то юмористическое, отвлечь Леву от мыслей о трусости.

– Как тебе понравилось, что я назвала собаку грязным баскервилем? – спросила Ирина.

– Класс, – подхватил Лева, – а еще ты обозвала его порочным млекопитающим. Кричала, что он позорит всех собак Павлова.

Прощаясь с сыном перед сном, Ирина присела к нему на кровать:

– Хочу обсудить с тобой гениальную идею. Только что пришло в голову.