Сарафанное радио

Мне об этом было многократно заявлено открытым текстом!

У нас в семье есть Рада, она же Радость, она же большая черная пуделиха. Опытные собачники, когда пришло время, посоветовали «для здоровья» повязать нашу Раду, то есть выдать замуж. Результатом короткого «замужества» были пять хорошеньких щеночков.

Я, мой муж, дети – десятилетний Егор и пятнадцатилетняя Ира – все очень привязались к щенкам, расставались со щемящим сердцем. Не продавали своих любимцев, а отдавали в хорошие руки. Четверых у нас быстро забрали, а пятая девочка, которую мы назвали Милой (очень миленькая), задержалась.

На нее, конечно, обрушилась любовь за пятерых. Но две собаки в доме – это слишком. Решили дать объявление в газету.

Дети вырезали купон для частных объявлений. Ира села писать текст, спросила меня:

– Можно, напишу от первого лица?

У дочери пристрастие к литературному творчеству, ящик ее письменного стола забит девичьими альбомами со стихами, цитатами и пространными рассуждениями о жизни.

– Можно, – позволила я, но предупредила: – Не забудь указать породу и что щенок подрощенный, два месяца.

Ира пропустила мои рекомендации мимо ушей, а я совершила роковую ошибку – не прочитала текст. Вечером забыла, а утром, как всегда, суматоха: дети опаздывают в школу, муж едет в командировку и никак не найдет галстук «не в крупную, а в мелкую полоску» – всех мама, то есть я, должна собрать, упаковать и отправить из дома. Хотя самой, кстати, тоже на службу надо.

Словом, объявление я не прочитала. А когда заскочила отдать его в редакцию, повезло – очереди не было.

Подскочила к окошку и протянула купон с объявлением и деньги. Девушка прочла текст, посмотрела на меня странно и потребовала паспорт. Зачем-то пролистала его и на графе «семейное положение» презрительно хмыкнула.

Чтобы было понятно, текст доченька написала следующий: «Я – маленькая, черненькая и очень хорошенькая. Мне нужен друг, которого я буду любить преданно и верно. Я буду всегда встречать его радостно и весело. А за конфетку я даже готова постоять на задних лапках!» И наш телефон.

О щенке и породе – ни слова! Как потом объяснила Ира, места на купоне не хватило, строчки кончились.

Через три дня объявление вышло. Прихожу с работы, дети возбуждены: у дочери румянец во всю щеку, у сына глаза подозрительно блестят. Значит, либо разбили что-нибудь, либо подрались, потом помирились, снова подрались и теперь раздумывают, сражаться или замиряться.

– Мы не ссорились, – говорят, – и ничего не разбили.