Ищите кота

– С кем ты разговариваешь? – воскликнула Лариса.

– С больницей.

– Годится! – обрадовалась она и выхватила у мужа трубку. – Здравствуйте! Здесь женщине плохо, я ей дала комплексно: коньяк…

Лариса закончила перечислять, и на том конце провода сказали, что у нее, у Ларисы, не все дома, и велели срочно промыть желудок бедной женщине, которая аптеку проглотила.

Ирина и сама уже брела к ванной, шатаясь от стены к стене и сотрясаясь от икоты. Лариса поспешила на помощь.

Когда освобожденная от комплексного лечения, умытая и переодетая, поддерживаемая Ларисой Ирина вернулась в спальню и рухнула на кровать, появился Леша.

Он выдержал театральную паузу, ухмыльнулся и заявил:

– Есть две новости: плохая и хорошая. С какой начинать?

– С хорошей, – ответили хором подружки.

– Вася жив, находится в больнице, состояние средней тяжести. В данный момент в операционной. Горло ему зашивают. Артерии не задеты. На твое счастье, Отелла, ты только кожу ему поранила.

До плохой новости добрались не сразу, потому что несколько минут подруги выражали бурную радость. Лариса – громкими возгласами, Ирина – тихим счастливым верещанием.

– Рано веселитесь, – злорадно заметил Леша. – Дело подсудное. В милицию уже сообщили. На тебя, Ирочка, уголовное дело заведут. Попытка убийства как-никак.

– Согласна! – Ирка молитвенно сложила руки, словно суд уже вынес ей приговор. – Я на все согласна! Только бы он, мой голубчик, жив остался! – И разразилась рыданиями, теперь уже счастливыми.

Леша махнул рукой и ушел в другую комнату смотреть ночной телевизионный канал. Лариса утешала подругу. Никакой химии – только гладила по руке и произносила ласковые сочувственные слова. Очевидно, какая-то часть лекарственного коктейля все-таки задержалась в организме Ирины. Она довольно быстро от рыданий перешла к плачу, затем к всхлипыванию, потом к мирному сопению.

Леша и Лариса отправились домой. На всякий случай забрали с собой печальное напоминание о случившемся – подушку со следами крови.

Ударил морозец, асфальт на тротуаре схватился ледяной корочкой. Одеты они были легко, быстро трусили, постоянно поскальзывались, теряли равновесие, поддерживали друг друга.

– Слушай, – вдруг проклацал зубами Леша, – а почему ты меня никогда вот так, по-мавритански, понимаешь, не ревновала?

– А был повод? – ахнула Лариса, затормозила, и ноги ее разъехались на полушпагат.