Устрица во льду

В отношении денег дело обстоит таким образом – мне тоже приходится их считать.

Что касается ума, то его хватает, чтобы решить проблемы мои собственные, семейные, а часто и моих сослуживцев.

Мне кажется, что я никогда не отказываю людям в их просьбах, не обижаю грубым словом, не обманываю.

Но враги появляются и множатся. Причем они забывают о враждебных чувствах в тех случаях, когда им от меня что-нибудь нужно, получают свое и снова отползают в свой стан, продолжая шипеть о том, что «мы говорим на разных языках».

Я говорю на своем, доступном мне языке и не понимаю, почему должна овладеть и пользоваться каким-то другим. И позволяю себе свободу выбора – с кем идти сегодня обедать, выйти покурить, поехать в командировку, кого пригласить в субботу на кофе.

Я люблю своих сыновей, нормально переношу мужа, выдерживаю с ними психологический контакт, ищу внутреннюю связь.

Мне приятно их обнимать, целовать, ласкать, но от них я тоже не завишу ни морально, ни материально, ни психологически.

А если и завишу в чем-то, то все же оставляю за собой право окончательного выбора в решениях. Как-то так.

Мне хорошо в моем жизненном пространстве.

Хорошо-то, хорошо. Но откуда же эта усталость, кабачковый цвет и нелюбовь сослуживцев? Значит, есть погрешность в расчетах.

А если честно, то мне уже давно не хорошо. И, главным образом, не хорошо из-за того, что всё вокруг мне смертельно надоело, просто обрыдло.

У меня ведь нет никаких новых впечатлений от жизни! Я хожу по кругу, как старая мельничная кляча и кручу скрипучее колесо жизни.

Это и есть мое движение, как «частички бытия». От этого однообразия я просто ослепла – не вижу красок мира.

Оглохла – не понимаю своего мужа, детей и сослуживцев.

О чём это они толкуют? О еде, покупках, учебе, футболе, смартфонах, телевизионных реалити-шоу?

Как же мне себя жалко! Я поглупела и стала косноязычной. В реальной жизни пользуюсь двумя краткими лексиконами – козлиным офисным и примитивным языком для стареющих жен, разлюбивших своих мужей.

А больше я ничего и выразить словами не умею – атрофировалась способность за ненадобностью.

Я просто устрица во льду – ещё совсем свежая, но практически неживая.

Вот и сейчас – я даже объяснить словами не могу, что со мной происходит. Плохо мне – и все. Отчего – неизвестно. Что-то произошло такое, что я сдулась, как продырявленный воздушный шарик.