Время совершать ошибки

Орлан тоже поднимался несколько раз, но ходить из края в край комнаты не решался. Нафиг ему дополнительные неприятности? Жрать хотелось. Особенно когда один из одноклассников начал выть и перечислять, что у него на обед горячий свежий борщ со сметаной, пампушки, котлеты и шоколадка к чаю… Желудок Орлана восстал и громко начал оглашать окрестности голодным воем. Перед внутренним взором проносились все те вкуснотищи, что он имел честь поедать в столовой спортивной школы: супы, каши, картошка жареная, отбивные, рыба соленая и жаренная, плов и пироги, пироги и опять, млин, пироги!!! Он сжался и пытался утихомирить брюхо руками, но перед глазами продолжала проплывать хавка, и живот трубно урчал… Наверное, это было настолько мерзко, что услышали в коридоре! Дверь распахнулась, и на пороге нарисовался рыжий.

– Хорошо тут вам. Светло. Просторно. Блохи не кусают, – задумчиво осмотрел он всех.

– Стебэн? – промямлил Орлан, пытаясь перекрыть очередной потужный вой из чрева.

Рыжий поморщился:

– Да… Правда, что с каждой последующей буквой алфавита классы деградируют все больше… Я ж тебе говорил: я – Стивен Беркли!

– Прости, запамятовал, – облизнул пересохшие губы Орлан.

 – Так ты живой?

Рыжий закатил глаза к потолку.

– Привезли посылку от Гнески-младшего. Что с ней делать? – спросил какой-то мужик из коридора.

– Тащите сюда! – обрадовано потер руки Беркли. Занесли нехилую большую коробку. – Ставь сюда и открывай! – показал на подоконник рыжий.

Внимание всех было приковано к действиям огромного мужика, заполнившего собой полкомнаты.

Тот аккуратно разрезал посылку по швам, и взору пленников предстали две упакованные в прозрачные коробки и перевязанные цветными бантиками дыни, а также огромная коробка с дорогущими конфетами, где у каждой конфетки было свое место в немыслимо красивой пирамидке. Орлан протер глаза. Может, от голода ему везде уже мерещится еда? Его одноклассники тоже усиленно засопели, сидя под стенами.

– Так и быть – приму в этот раз подношение, – по-царски махнул рукой рыжий.

 – Да, Дэйв Гнески – моя шоха. Разве не знали? Да и вообще, я чрезмерно популярен. Вскрывай одну дыню!

Амбал послушно полез открывать прозрачную коробочку, любовно перерезав бантик, затем аккуратно распотрошил дыню, вычистил семечки, отрезал и протянул Беркли кусочек. Тот впился в сочную мякоть зубами и жрал, почти не моргая, наблюдая, какой эффект оказывает это на сидящих под стеной. По комнате растекался сочный и терпкий одновременно аромат.