Зелёная дверь

– А если бы я разбилась, прыгая с поезда, ты бы таскал за собой труп?!

– Теперь ты начала волноваться о своей жизни?

Полицейский снова с силой дернул цепь на себя, но Поппи проделала то же самое. Со стороны это действие напоминало перетягивание каната. Секундное недоумение сменилось долгосрочной злостью – парень явно не ожидал, что ему дадут отпор. Отбросив попытки перетянуть Поппи на свою сторону, он сам направился к ней.

– Нет! Нет! – начала было Поппи, но полицейский быстро сократил расстояние между ними, схватил ее за руку и поволок за собой.

– Я объясню все по пути. Нам нужно идти.

Поппи сложно было сопротивляться – сил не осталось. Слабость навалилась как по щелчку пальцев. «Наверняка этот гипнотизер дурацкий приложил к этому руку» – Поппи предприняла вялую попытку воспротивиться крепкой хватке, но тело словно ее не слушалось. «Да и оставаться здесь – не самая лучшая идея». Разум отказывался включаться в работу, оставив автопилот в виде интуиции. Интуиция говорила, что надо идти, особого выбора нет.

– Мой рюкзак!

– Он тебе больше не понадобится.

– Там… Там мои вещи! Документы!

– Там-там! Вот именно, что «там»! А сейчас ты – здесь! – с каждым словом парень начинал раздражаться все больше и больше. – Мы идем в главный офис, где разберутся, что с тобой делать и куда тебя послать. Вороны уже им сообщили, что мы здесь. Если мы не придем туда сами – нам крышка. Если придем – нам тоже крышка, потому из-за тебя влип я! Наручники должны были исчезнуть, а ты должна была оказаться в своем мире.

Парень торопился, чуть ли не переходя на бег, но постоянно себя одергивал, замедляясь время от времени. Он видел, как тяжело ковыляет Поппи, но ничего не мог с собой поделать. Страх подгонял его вперед. Она, шмыгая носом, еле поспевала за ним.

Его раздражение сбавило обороты, заполнив образовавшееся свободное место чувством вины. Он понимал, что ведет себя необоснованно некультурно и жестко, но понятия не имел, как исправить ситуацию.

– Вот уж не знаю, чей билет ты стащила!.. Раскисает теперь где-то на вокзале. Когда ты садилась, видела, где кабина машиниста?

– Н-нет…

– Еще бы, – прыснул он.