Скупщик

В желтом свете низких ламп покоились ряды пустых вешалок в гардеробе, негромко жужжал телевизор, вяли чьи-то цветы в вазе на тумбе. Пожилая дежурная, глянув на Илью, сообщила, что спектакль закончился и актеры уже разошлись. Илья едва не хватил от досады кулаком по ветхой деревянной перегородке, отделяющей гардероб от холла.

– Мне Кирилл нужен, Иваненко! – сказал он нетерпеливо.

– Ушел, говорю же. Все ушли! – развела руками дежурная.

Илья разочарованно крутанулся вокруг себя, не понимая, куда податься.

Вдруг из полутемного коридора появилась парочка – высокий патлатый парень с поистине выдающимся кадыком и худощавая, сильно накрашенная скуластая блондинка, облаченная в дырявые джинсы и высокие замшевые сапоги.

– А Кирилла нет! – сообщил парень, застегивая на ходу куртку.

– Как – нет? – выдохнул Илья.

– Все, уволился! Сегодня последний спектакль отыграл.

Блондинка, остановившись, с интересом пялилась на Илью.

– Он мне очень нужен! – сказал тот. – Где его можно найти?

– В лесу! – сообщила развязная блонда.

– В каком лесу? – обалдел Илья.

– Закусочная «Лес» – знаете такую? На Тверской, – пояснила девица. – Он там сегодня проставляется, за увольнение. Кучу бабла в лотерею выиграл – может больше не работать!

Ее кудрявый приятель хохотнул, протянул Илье руку.

– Свезло чуваку, да? Я Василий, кстати. А вы не из налоговой, нет?

– Почему из налоговой? – пожал протянутую руку Илья.

– Ну, мало ли – может, Кирюха налоги с выигрыша не заплатил!

– Мы, кстати, в «Лес», – хлопнула наклеенными ресницами блондинка, направляясь к выходу.

 – Хотите с нами?

4.

Жизнь Кирилла Иваненко, новоиспеченного миллионера и вообще везунчика, разделилась надвое в тот самый момент, когда он разглядел под фонарем надпись на лотерейном билете. С тех пор, вот уже почти месяц, существовало двое Кириллов. Один – молодой актер, неожиданно для всех ухвативший судьбу за хвост на зависть друзьям и знакомым и мгновенно ставший притчей во языцех в узких театральных кругах.

Другой – Кирилл, с недоверием и беспокойством наблюдающий за происходящим со стороны.

Первый Кирилл впервые в жизни чувствовал себя на своем месте. Он явственно понимал, что выиграл миллион баксов как компенсацию за свою вечную нищету, неустроенность, постоянное нахождение на вторых ролях – и в театре, и в жизни, – за муки рефлексии и за все те нереализованные надежды, которые годами выжигали его внутренности каленым железом.