Ведьмы живут на крыше

 – От результатов своей непрофессиональной деятельности. А это может быть что угодно: от пожара до восстания морковок.

– У вас и такое было? – уточнила я, стягивая со стола стилус. Какое-никакое, а оружие, если ничего другого под руку не попадет.

– Чего у нас только не было, – хмыкнула Мали, прикрывая рот во время очередного зевка. – А почитать городские легенды, так нашествие мыслящей моркови, решившей свергнуть мэра, – это еще цветочки. Но с тех пор старшие решили не оставлять нас на произвол судьбы и заниматься, пока мы не перестанем представлять опасность для города и его репутации.

– А как вы справились с морковью? – полюбопытствовала, так и не дождавшись продолжения этой истории.

– Договорились и отправили на необитаемые острова в Эльтерейское море. Теперь они не совсем необитаемы, но лучше об этом никому не знать. – Мали приложила палец к губам. – Говорят, с тех пор там начали пропадать корабли, но только груженные овощами. Морковки оказались теми еще расистами и фрукты не жалуют.

 – И гордо заметила, будто была причастна к морковной колонии, а то и не только причастна: – Маги до сих пор не могут разобраться! Приплывают, осматривают все, но следов пиратов не находят. Одни лишь плантации диких овощей.

Она рассмеялась, а я вздрогнула. Смех смехом, но не хотелось бы повстречать мыслящую морковку, решившую основать свою цивилизацию и потеснить людей. Все же разумные знают, что худший обитатель этого мира – человек.

Больше чем он – никто природу по своему разумению не исправляет, не слишком считаясь с ее, природы, мнением.

Мысленно пообещав себе не экспериментировать с корнеплодами, я вслед за Мали залезла в экипаж с гербом лорда Ольена. Зацокали копыта лошадок, скрипнула упряжь. Отодвинув шторку, я наслаждалась мелькавшими по ту сторону пейзажами. Меньше чем через четверть часа мы выехали из города, но спросить у Мали, куда конкретно мы направляемся, не успела. Казалось, она заснула в тот же миг, как только села, и сейчас мирно посапывала, оставив меня наедине с собственным любопытством.

Впрочем, долго оно меня не мучило. Полчаса – не более – минуло с тех пор, как мы выехали из города, а на горизонте уже проступили очертания поместья. Вокруг него не было высокого забора, столь привычного мне. Вместо него границы владений лорда отмечала ровно подстриженная изгородь, приятная глазу и наверняка неприятная на ощупь.