Двенадцать Месяцев. Январь

Присев на скамью и приподняв немного подол платья, девушка почувствовала, что ее щеки буквально пылают от стыда. Мало того что Месяц перед ней на колени опустился да голову склонил, так еще и ноги чистотой не блещут, после хождения-то босиком!

– Холодные какие, – пробормотал Яромир, внимательно осматривая ступни девушки. – Обморозить не успела, но мазью согревающей смазать не помешает. Домой как вернемся, я к Олесе в гости наведаюсь, она с этим быстро подсобит.

– А кто такая Олеся? – чуть слышно спросила Милава, чтобы хоть что-то сказать.

«Ну, Милка, точно выгонят тебя взашей! – отчитывала она себя тем временем. – Месяц и так себя плохо чувствует, ему еще ночью в дозор идти. А тут ты, безголовая, с носом своим любопытным! Не лезла бы в ту кладовку, все бы хорошо было!»

– Так Баба-Яга она, еще один Страж, – пояснил Яромир. – Я тебя с ней позже обязательно познакомлю.

«А может, и не выгонит? – мелькнула обнадеживающая мысль. – Хотел бы выгнать, не обещал бы познакомить».

– Вот, принес, из овечьего пуха, – послышался голос Горыныча.

А дальше…

Милава честно мечтала провалиться под каменный пол, чтобы не испытывать такого жгучего стыда. Ведь Месяц мало того что самолично укутал ее, так еще и на колени к себе усадил да за ложкой потянулся, приговаривая, что сейчас покормят ее горяченьким и она враз себя хорошо почувствует.

– Не надо! – воскликнула Милава, отодвигаясь, насколько позволила обнимающая ее рука Месяца, и уже тише добавила: – Сама поесть могу.

– Ну, сама так сама, – отстраненно произнес Январь, а глаза его вмиг словно корочкой льда подернулись.

И пока девушка аккуратно, делая маленькие глотки, ела борщ, ни разу на нее больше не посмотрел. Обстановка на драконьей кухне вмиг напряженной стала, и только Горыныч уплетал за все шесть щек, изредка хитро поглядывая на Яромира и его Спутницу. Дракон прекрасно видел, как возникло недопонимание между ними, но говорить ничего не стал.

«А зачем им жизнь облегчать? – весело подумала средняя голова.

Вскоре они распрощались с гостеприимным Стражем. Январь доставил их снежным порталом домой и, не слушая никаких возражений, отнес девушку в ее спальню. А Милава, сгорая от стыда, мечтала поскорее остаться одна.