Двенадцать Месяцев. Январь

 – Не для того я во сне тебя переместила из мира вашего. Хотела волнений меньше доставить да дать время свыкнуться с мыслью о переменах до знакомства с сыном моим. Про зло же… Сама все постепенно узнаешь. Одно только помни – осторожнее надо быть, никому постороннему не доверяя. Предшественницу твою – Спутницу Декабря именно так в ловушку приспешники зла и заманили.

– Обещать не буду, – серьезно пообещала девушка, с силой сжимая пальцы. – Но я все силы свои приложу, чтобы Январю во всем помогать. И осмотрительна буду! Не в моих привычках незнакомым доверяться.

– Да, Январю помощь сейчас нужна. Вовремя явилась ты, Милавушка. Вовремя традиции старые вернули. Сыну моему Спутница ох как нужна. Хворает он немного, по причине бесшабашной смелости своей. Сделал то, что делать категорически нельзя было. Да такая уж ситуация сложилась, что не мог Январь отступить, здоровьем своим должен был рискнуть.

«Значит, дедушке не столько помощница, сколько сиделка надобна!» – тут же сделала вывод Милава, по крупицам собирая сведения о Месяце своем.

– Вы, Матушка-Зима, насчет меня не сомневайтесь, – с твердой уверенностью ответила она. – Мне терпения не занимать. И опыт присмотра за болезными есть – буду день и ночь сидеть, глаз не спущу.

– Что ты, милая! – засмеялась Зима. – Не так плох сын мой. И твое появление для него лучшим лекарством станет, уверена я в том. Да и разве такого неспокойного, как он, в постели удержишь?..

– Я ему читать буду, шарады всякие загадывать да историями развлекать, – серьезно пообещала Милава.

– Ох и деловитая ты, – с трудом скрывая усмешку, покачала головой Зима. – Глядишь, и сладишь с сыном моим безрассудным. Впрочем, он и Декабрь в меня характерами пошли, в душе-то они добрые да жизнерадостные. Это за Февраля я тревожусь. В отца он весь уродился – суров даже по отношению к себе порой.

У Милавы же язык не повернулся спросить про отца Месяцев. Уж больно значимой персоной была ее собеседница. К Зиме-Матушке с вопросами о личной жизни не обратишься.

– Не мое дело в душу Январю лезть, – внезапно оробев, поспешила она успокоить хозяйку. – Мое дело заботиться, помогать да верой и правдой весь срок свой служить.

«А уж судить характер Месяца мне и в голову не придет!» – поежилась Милава от одной лишь мысли такой.