Эльфийский для любителей

Он так выразительно косился на мою сумку, что, будь Маркус чуть меньше занят планами и прорубанием для нас дороги в толпе, он, несомненно, и сам бы заинтересовался.

– Есть, – откликнулась я, незаметно проводя по сумке и нащупывая заветную склянку. Дорогое зелье, еще с гномьих времен, но здоровье важнее. Особенно когда завтра пары и эльфы. Люди-то к прогулам проще относились, а драконы и вовсе игнорировали. До сессии, но и это вселяло надежду.

Эльф облегченно выдохнул и уже решительнее побрел за рыжим. Маркус ориентировался в квартале Лицедеев как в собственной общаге: огибал опасные места, вовремя подныривал перед вывесками, здоровался с уличными продавцами.

Ему отвечали: где-то вежливо, где-то не слишком. Но знали его наверняка. Разве что имя вслед ему неслось немножко иное.

– Рас! – окликнул Маркуса один из проносившихся мимо мальчишек. В старых, великоватых ему штанах, продранной рубашке и ботинках на босу ногу. Заметив позади своего знакомого, он издал странный звук и скрылся в толпе.

– Рас? – недоуменно переспросил Алест.

– Не всем же настоящее имя называть, – отмахнулся Маркус. Но я заметила легкое неудовлетворение в его голосе.

Смешно. Зачем вести друзей в места, где тебя под другим именем знают, если не собираешься им об этом говорить?

Хоть я и удивилась, но решила промолчать. Молчание, оно вообще полезная штука. Не выдаст лишний раз, не заставит глупо выглядеть. Всего-то дел подобающее случаю выражение лица удерживать.

– Пришли, – возвестил Маркус, останавливаясь у неприметного домика.

Примечателен он был лишь отмытой дверью, на которой с ошибками значилось «Закуски». Видно, на большее хозяина не хватило, но суть он передал верно. Закуски – они ж съедобные, кому ни дай – все съедят. За такую цену – точно. Тут даже на ложку зелья от расстройств пищеварения хватит, если не шиковать.

– О, и Рас здесь! – громыхнул из-за прилавка разбойничьего вида детина.

Маркус поморщился, быстро взглянул на нас и успокоился. Алест был занят душевными терзаниями: в компании наемников, коими был полон зал, он чувствовал себя не в своей тарелке.

А я… Я изучала обстановку, с должным рвением отмечая и новые стулья, едва вышедшие из лавки столяра, и столы, повидавшие на своем веку не только пиво, но и восемь видов клинков. Даже ритуальные эльфийские кинжалы оставили свой след на столешнице. Вон как клеймо мастера С’Алеарисала отпечаталось. Настоящего гнома, хоть и родился с эльфийскими ушами.