Либеллофобия

В один момент руки и затылок соскользнули с края, и меня утащило в песок целиком.

– Вот повезло-то, что пацан забыл свой бейдж и вернулся, – ворчала майор. – И что дверь ты не заперла.

Хлой подала мне полотенца – те, из наждачки. Её рука дрожала.

Только грубыми тряпками можно было содрать слой чёрной пыли. Прочь вместе с грязью, вонью и разводами пота, которые впитал песок. В итоге я оказалась чистой. По крайней мере, формально.

– Получай одежду и паёк и марш спать. – Майор протянула два свёртка – маленький и микроскопический.

Мои чипы-вестулы с ажурными блузами никуда не годились. Хлой выдала другие, с удобным комбинезоном и камуфляжным пыльником. Я прицепила их к позвоночнику, нырнула в новый комбез и поплелась за мамой в бойлерную. Папа уже вернулся, на матрасе рядом кашлял Чиджи.

Папа налил мне полчашки воды из термоса. Воду приходилось высасывать из тугого клапана с ниппелем или плескать в черепок объёмом не больше ладошки. Иначе всё взлетало к потолку.

– Теперь руженит здесь дороже алмазов, – бормотал папа, бережно закрывая термос.

Он посмотрел, как я жадно опрокинула в себя воду, и добавил:

– Этот литр нам на сутки. Пока не наладят добычу льда из сферы.

– А грунтовые воды?

– В этой части континента они слишком глубоко. До неба ближе.

– Что за адская ледяная машина у насекомых?

– Я ничего подобного не видел, – покачал он головой. – Но майор Хлой говорит, это гидриллиевый эмиттер. Сто лет назад, когда насекомые бежали на астероиды, то открыли там гидриллий.

– Как же сфера держится в небе?

– В её внешних слоях эмиттеры поддерживают тонкий слой аморфного льда, он и удерживает всю остальную массу.

– Значит… теперь они могут поработить любую планету? И нашу?

– Нет, Эмбер, – папа улыбнулся. – У нас тоже есть власть над водой – диастимаги аквадроу. И большая-пребольшая куча ядерных боеголовок на пограничных спутниках.

Правильно было сейчас же заснуть. Медленнее обмен веществ – позже замучает жажда. Глядя на вялый комочек из пайка в своей руке, я что-то расхотела есть.

– Сыр не так плох, как на первый взгляд, – мама распутывала мои волосы заколкой в виде гребня. Другой расчёски у нас с собой не было.

– А, так это не мыло. Я уже песка наелась. Пусть лучше Чиджи.

– Ешь давай молча.

Блесклявка на стене рядом заснула и погасла.