Сейчас или никогда

– Да погоди же ты, дай в себя прийти, даже не раздевалась с работы, устала как собака… – закусив губу, подруга вспомнила: муж ещё не в курсе, что работы у неё больше нет. – Мне с тобой надо серьёзно поговорить.

– Давай не сейчас, такое настроение игривое у меня… – мужчина повалил жену на кровать и начал расстёгивать пуговицы на её рубашке.

Карину такой расклад не устраивал, и она всячески пыталась его оттолкнуть, и у неё это получилось.

– Давид, послушай меня! Мне сейчас не до секса, серьёзно! Мало того, что я спала, так ещё и ты со своим перегаром!

Карина вскочила с кровати и гневно посмотрела на мужа.

– Я так понимаю, разговаривать с тобой сейчас бесполезно? Ты слишком пьян?

– Карина, ты чего бешеная такая? Мне что, нельзя было с пацанами… погулять? – он говорил заторможенно, пытаясь сформулировать свою претензию. – Ты вон… сидишь до ночи на работе… – Давида шатало даже когда он сидел. – Мне теперь что, как пёс ждать тебя у калитки?!

– Дав… да причём тут это вообще.

Она сказала это. Прямо ему в лицо. Карина так разнервничалась на этих словах, что дыхание сбилось. Она смотрела мужу прямо в глаза, а Давид смотрел куда-то сквозь неё.

– Чт… В смысле? – он словно не понял её, свел брови и скривил губы.

«И чего я ожидала, заводя этот разговор при таком его состоянии», – пронеслось в голове Карины, но она всё равно продолжила.

– Меня уволили.

– Уволили? – губы Давида скривились в довольной ухмылке. – Из твоей ЖКХ-шной шаражки?

– Да. Из моей ЖКХ-шной шаражки.

– Не удивлён, – он встал с кровати, пошатнулся, разводя руками. – Иди, ищи новую работу, не дома же тебе сидеть.

– Я пока не хочу… Не знаю… Я устала, Давид. Хочу отдохнуть. Ты же видел…

– Ой, то, что с тобой люди работать не могут – это и ежу понятно, – он взмахнул рукой так, что Карина дрогнула, но он этого не заметил.

Давид заплетающимся шагом дошёл до комода, на котором стояла начатая бутылка пива, и после того, как отхлебнул из неё, стал озираться по сторонам, словно ищет что-то.

– Ты слушаешь меня?

– Что? А ты не закончила?

Лицо его не отражало никаких эмоций. Бутылка в руках Давида вызывала больший интерес, чем слова жены. Карину злило всё, что говорил муж. Уровень агрессии и желание стукнуть его чем-нибудь повышались с каждым мгновением.