Студентки 90-х

Неужели с отдыхающими так неучтиво обходились, заставляя для совершения очередной трапезы преодолевать километровую дистанцию?

Наивность наша на сей раз увенчалась успехом… Перед нами вдруг, из-за черного бугра деревьев, мгновенно выросло остекленное, фонарем светящееся двухэтажное здание. Оно так приветливо сияло своими множественными, в целое единое сливающееся глазами, так радостно зазывало в теплое свое нутро, которое еще и накормит! Девчонки просто растворились в блаженстве предвкушения, позабыв о своем благодетеле.

Они едва усмиряли в себе охватившую их прыть, с каковой они бы ворвались туда, – где тепло, уютно и вкусно!

В просторном вестибюле располагалась гардеробная. Нас обслужили – по всем правилам – скучающие и любопытствующие до новых лиц старушки, церемонно приняв от нас верхнюю одежду. Они такими елейными голосами пояснили, что нам следует подняться по винтовой лестнице на второй этаж, что невольно закралось подозрение: а в столовую ли мы попали? Местное обслуживание столь походило на ресторанное, что руки невольно шарили по карманам в поисках чаевых.

Геннадий Васильевич же не соизволил раздеться, как это было положено в заведении общественного питания. Похоже, что со своей кожаной курткой – всегда нараспашку – он не расставался ни при каких обстоятельствах, поскольку в ином облачении мы не имели и не будем иметь случайного удовольствия его лицезреть. Думалось, что в эту куртку он врос всем своим существом и даже сон проводил в ее оболочке.

Видавшая виды, кое-где потертая, она стала олицетворением его собственного «я». Мы даже не могли представить себе его другим.

По закручивающейся широким витком – как в кинотеатре – лестнице мы настороженно поднялись этажом выше, во все глаза озираясь по сторонам. Весьма мирная, представляющая ужинающих, обстановка открылась перед нами: спаренные столики, разбросанные неупорядоченно по просторному залу, занятые или пустующие; раздаточный прилавок с трехэтажными витринами, демонстрирующими ассортимент блюд…

Десятки восторженных взоров устремились на наше появление в столовой.

На нас обрушился прямо град пронизывающих стрел, которых мог испугать любого смелого… От неожиданности мы отступились… Необычная множественность взглядов нас слегка сковала. Что происходит? Что не так?

Немного ошарашенные, мы шествовали под всеобщим вниманием, словно по непривычному подиуму, до самого раздаточного прилавка.