Жена правителя Подземного царства

Сердце колотилось и ожидало подвоха, словно меня сейчас не отпустили, а посадили в темницу. К чему такие странные предчувствия?

Когда время подошло к обеду, мы с сестрой перекусили легкими овощными салатами и сыром, после чего Айру одели в свадебный многослойный наряд из органзы и оставили в просторной комнате под присмотром всех женщин, приглашенных на празднество. Все это было до боли знакомо, поэтому не навевало того настроения, которое царило при похожих условиях еще неделю назад. Женщины старательно прятали глаза, чтобы не выдать своего сочувствия.

Появилось непреодолимое желание спуститься в портальные комнаты и покинуть Поднебесье.

Когда мы вышли из женского дворца, невесту посадили в паланкин, парящий при помощи магии над землей. Пальцы Айры дрожали. Дорожку, убегающую в сад, посыпали лепестками розовых цветов. Паланкин обступили гости и направились в сад. Невеста сидела, закрытая тканями, и не шевелилась. Мне хотелось подойти к ней, сорвать покрывало и потрясти Айру за руки.

Но я не могла. Я даже не чистокровная всевышняя, так с чего мне нарушать правила Небесного царства? Сегодня и здесь я лишь безропотная гостья Поднебесья.

Бросив на сестру последний печальный взгляд, я направилась вдоль дорожки к алтарю. Там уже ожидал султан, ведя беседу с каганами. Среди них я заметила и высокую фигуру Дэна Диалтона, поэтому поспешила отвернуться и спрятаться за спинами гостей, которые выстраивались по обе стороны от дорожки, устланной лепестками артекрий разных цветов – собирали их в течении суток.

Вскоре по ней ступит Айра, чтобы навсегда стать замужней женщиной. Женой султана. Это почетно. Её дети не будут будущими правителями, но вполне вероятно займут высокие должности при дворе. Наследник Дайарона-раши старше самой Айры. И пусть в нашем мире разница в сто-сто пятьдесят лет считалась нормой, но каждый понимал, что чем больше возрастная пропасть, тем раньше придется примерить на себя вдовий наряд.

Гости перешептывались. Кто-то пророчил богатство моей сестре, кто-то горе, а кто-то размышлял о том, как ей повезло. Сам султан обратил на неё свой взор, да так воспылал страстью, что решил жениться. Не взял в гарем, а связал себя узами брака, пообещав тем самым хранить верность.

Прикрыв нижнюю часть лица платком, я протиснулась в толпу и вышла с другой стороны, углубившись в сад.

Издали зазвучали трубы, извещая о начале длинной церемонии.