Наследник для Владыки Драконов

 – О, кажется, ты боишься, что я специально забеременела от тебя, чтобы родить и вырастить сына, в последующем используя его для захвата власти?

Подобный план был для меня неприемлем. Нет, я читала о таком, конечно, но сама бы даже не подумала использовать собственное дитя! Просто я никогда не стремилась к тому, чтобы нажиться за чужой счет. Всегда считала, что в этом мире можно всего добиться самостоятельно. Да и… как? Я знать не знала о существовании других миров и тем более – как в них попасть. Хотя, судя по полученной информации, он считал меня кем-то вроде ведьмы, раз обвинил в наведении сна.

– А это разве не так? – хмыкнул мужчина. – Сколько лицемерия в твоих словах. Думаешь, я тебе поверю?

– Почему бы нет? Я ведь правда ничего подобного не планировала. В моем мире нет магии – для меня все происходящее просто немыслимо! Я при всем желании не смогу к тебе попасть и навредить.

– Но та ночь все-таки как-то состоялась, – напомнил он. – Я к этому точно не причастен, значит, остаешься ты.

С ним бесполезно спорить и что-то доказывать. Он не просто дракон, он баранистый дракон, то есть очень-очень упрямый.

– Просто верни меня домой.

– Обратного пути нет, – отрезал мужчина. – Для всех в своем мире ты – мертва. Впрочем, как только я выясню твои мотивы, то и в этом мире тебя постигнет та же участь, но уже по-настоящему.

Я с трудом вырвалась из его захвата. Наступать на лодыжку было дико больно, но я выдержала и сделала два шага назад, чтобы оказаться подальше от этого тиранища.

Я пыталась осознать, что путь домой заказан. Как же так? Еще полчаса назад я и помыслить не могла о существовании другого мира, а пару часов назад – о “непорочном” зачатии (ладно-ладно, зачатие было порочным, очень, насколько я помню, но оно же было почти во сне!).

– Но это ведь твой ребенок, – вымолвила я, пытаясь надавить на жалость.

Должно же быть в этом драконище хоть что-то человеческое?..

– Твой ребенок? – раздался рядом женский голос, заставивший нас обоих вздрогнуть и повернуться к говорившей.

Перед нами стояла светловолосая женщина лет тридцати пяти-сорока, но по мудрости в глазах можно предположить, что ей было больше. В чертах её лица улавливалось что-то общее с тиранищем, поэтому я бесхитростно решила, что это его мать. Значит, вдовствующая королева… или императрица. В любом случае, может, у неё есть хоть капля сострадания?..