Дракон в моем утреннем кофе

– Нет, Хэмиш, все же это жестоко, – наконец принял единственно правильное решение Фолу, и я облегченно вздохнула и вновь поморщилась от неприятного запаха.

– Как знаешь! Ну, бывай! Пусть Боги хранят тебя!

– Спасибо, Хэмиш!

Иди-иди, Хэмиш! Какие-то нехорошие у тебя мысли, нам с Фолу они не нравятся! Особенно мне!

Хотя меня и сама ситуация не воодушевляет. Сижу в каком-то мешке, насквозь пропахшем тухлой рыбой, в миниатюрном размере, со сломанным крылом и совершенной неизвестностью в будущем.

Дальнейший путь мы прошли без происшествий. Меня внесли в какой-то дом и бросили на пол. Я больно ударилась, а узлы сетки впились в кожу, наверняка оставив синяки. Сейчас мне хочется в Париж даже больше, чем я мечтала до этого!

– Папа вернулся! Папа вернулся! – раздались сразу несколько детских голосов, а следом за ними и мелодичный женский.

– Смотрите, что я принес, – явно гордый собой, сказал Фолу и поднял меня с пола, в этот раз вышвырнув из мешка прямо на стол.

Я с облегчением вдохнула воздух с примесью свежего хлеба. В животе заурчало. Я ведь даже не успела попробовать круассаны, лишь отпила кофе. Думала, что у меня еще много времени, нужно наслаждаться моментом! Насладилась, вдоволь!

– Какая хорошенькая! – воскликнула пухлощекая девочка, хлопнув в ладоши. – Папа, а это фея?

– Фея, – довольно подтвердил отец.

– А мы оставим её себе?

Я едва не вздрогнула.

– Мы не можем её оставить, – избавив отца от тяжелого разговора, сказала мать.

– Но почему? – спросил уже мальчик.

Я сидела молча и даже слова не пыталась вставить. Какой смысл? Будто я здесь что-то решаю. Первый раз чувствую себя какой-то бесправной вещью, чью судьбу решают всякие охотники.

– Потому что нам нужны деньги, – ласково ответила мама, погладив свой округлившийся живот. – А за фею дадут очень много денег!

– Сколько?

– Быть может, целых сто золотых! – воскликнул отец, и дети обрадовались, тут же наперебой начав перечислять, чего они хотят.

Среди их желаний были такие мелочи, как новые башмачки, карамельные конфеты и механические игрушки. Наблюдая за ними, я внезапно подумала, что смогу послужить на благо.