Академия Алых песков. Проклятье ректора

Я нарочито медленно поправила перстень на пальце, потом удостоверилась, что колье лежит по центру и его подвеска утопает в декольте, надушилась и еще раз взглянула на себя в зеркало. Прошло минут восемь, Дитрих, должно быть, уже бесится. Теперь можно и выходить.

– Ты специально испытываешь мое терпение, – сказал он, встретив меня в гостиной. У нас были одни на двоих покои, лишь спальни разные.

– Как ты мог подобное предположить? – с наигранным изумлением спросила я. – Я бы не осмелилась, ваше высочество. Вы же сами приказали мне нарисовать лицо и приодеться к балу.

– Эвика, – угрожающе прошипел он, но глянул на часы, осекся и подал мне руку. – Убью тебя после бала.

Я положила свою руку на сгиб локтя принца. Мы вместе направились в бальную залу.

– Ты вообще радоваться должна! – сообщил мне его высочество.

– Да, все происходит на моих глазах, – согласилась я. – Дитрих, да такого мужа как ты и вражине не пожелаю!

– На всякий случай напоминаю, что женитьба даже близко не стоит с моими желаниями, – осклабился принц. – Убить тебя – да, но жениться… Эви, ведь дело даже не в тебе! Хотя и в тебе тоже. Семейная жизнь – не для меня. Я бы хотел как дядя Фридрих – быть свободным словно ветер, не обремененным семейными узами, проводить время с таким замечательным племянником как я и при этом иметь высокий статус при дворе.

Я хмыкнула. Вот так, обмениваясь пикировками всю дорогу, мы и дошли до зала. Замолчали только в тот момент, когда церемониймейстер объявил наши имена. Мы быстро натянули на лица улыбки и вошли в зал. Дитрих попытался подставить мне подножку, но я удержалась.

– Это ты зря, – прошептала, продолжая улыбаться. – У нас впереди еще танец, я же отомщу по полной.

– Жду не дождусь, моя дорогая.

Мы подошли к их величествам: королю Вольфгану и королеве Аделинде. Они были прекрасной гармоничной парой и великодушными правителями, которые привели свою страну к процветанию. Правду говорят, на детях гениев природа отдыхает. На Дитрихе она отдохнула по полной, да еще и пирушку закатила с алкоголем и дурман-травой.

– Вы припозднились, – заметил король, его глаза опасно блеснули.

– Эвика слишком долго пудрила свой нос.