Расскажи мне, маг… Сказки Натальи Викторовны

При принятии христианства Самайн совпал с Днём всех святых, празднующийся 1 ноября. 2 ноября – День поминовения усопших.] вы должны привозить ко мне дитя в течении 15 лет.

Они плакали, счастливо кивали и целовали ей руки. Ведунья, ругаясь, вырывала грязные ладони. А после рассердилась, и выгнала их ветром из леса.

– Помните… – шептала трава под ногами.

– Помните! – шелестели деревья.

– Каждый, ух, Самайн! – ухнул филин.

– Самаааайн! – развеял ветер имя духа по небу, – помните!

* * *

– Забыли… – услышал граф за спиной и резко обернулся.

Пустая каменная клеть.

– Бернард, – застонал Римман, – где сын?

– Забыли, – вздохнул голос: старая Несса качалась в кресле, которого секунду назад не было. Она взмахнула рукой. В комнате появилась кровать с мальчиком, – уж третий Самайн пропустили… а я ждала. Вы всё равно приехали. Только поздно! Я же вас предупреждала!

– Спаси! – упал на колени граф, – спаси сына…

Глава первая

Наше время

– Дарья Александровна, голубчик, доброе утро!

– Кто… кто это? – «голубчик» с трудом разлепила веки и уставилась в мобильник не веря глазам своим и ушам: он посмел издать какие-то звуки в воскресенье, чёрт возьми, 9 часов утра! А вчера, между прочим, был чудный праздник в «Трилистнике».

– Роман Михалыч, – вкрадчиво, с божеским терпением, ответил голос, – ваш новый редактор.

– Ах, конечно… – Даша снова посмотрела на телефон: «Чего не спится в ночь глухую? Что за напасть?», – слушаю вас.

– Как наши дела с романом? Продвигаются? Видите ли, в пятницу нас так бегло представили, мы даже обсудить ничего не успели. А завтра…

«Ой, как много текста!» – Даша с мысленными стенаниями схватилась за голову, не слушая редактора. И хорошо, что не успели, в пятницу-то: обсуждать ещё было нечего. Ни сюжета, ни героев. В голове только «будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса»! То есть на фига я вписалась в этот проект, со всеми этими кельтами, духами, обрядами, Самайнами и прочими страстями?

– Движется, Роман Михалыч, в верном направлении, – вслух ответила девушка.

– Как-то неуверенно звучит, голубчик, как-то неуверенно.

– Вот послушайте, что я нарыла! – пропустила она мимо ушей замечание редактора. Её вновь одолела жажда поделиться сюжетом.