Семь оргазмов на холсте

 – Играть на твоем теле гораздо интереснее…

– Может быть, – согласилась Наташа, глядя в черноту неба, усыпанного огромными звездами.

Дамир сыграл хорошо, но… не совсем ту мелодию, о какой она мечтала. Сказать ему или нет? Той ночью они ушли спать, а утром Дамир снова сбежал к своей обожаемой Сентезе. Наташа даже не спросила, куда он так спешит. Ночью она вдруг поняла, как донести до него свою идею. Ее она воплощала несколько дней, а теперь лежала в джакузи, представляя, какое впечатление произведет на Дамира ее замысел.

Все было подготовлено к его приходу. Трио музыкантов – пианист, саксофонист и барабанщик с компактной установкой – исполняли оркестровку обожаемой Дамиром песни из репертуара Нины Симон, Feeling Good. В холле с высоким потолком и окнами, выходящими на океан, царил полумрак. Стол был накрыт к ужину, рядом стоял официант. По комнате были расставлены листы ватмана с карандашными набросками – фэнтезийно-эротические сюжеты, где Мерлион и девушка, слегка напоминавшая саму художницу, сплетались в страстном танце-соитии.

Когда Наташа вошла в зал, Дамир уже рассматривал рисунки. Она подошла сзади, ее руки легли на его шею и скользнули вдоль позвоночника к копчику. Дамир ощутил прикосновение ее кожи, возбужденных, сжатых в бутон сосков, мягкого, но упругого живота, шелковистых, едва ощутимых волос на лобке. Он ощущал скованность в присутствии чужих людей, но музыканты продолжали играть, а официант разливал напитки, не глядя на пару.

Наташу тоже смущали нанятые ею мужчины. Более того, ей было просто стыдно перед ними. Но в этом же таилось и нечто эротическое – видеть себя чужими глазами, представлять, что они думают о ее теле. Краем глаза она уловила восхищенные тайные взгляды музыкантов. Стыд начал растворяться в возбуждении, которое она ощущала все острее и сладостнее.

Она обошла вокруг Дамира, не отрывая губ, рук, груди и бедер от его кожи, заглянула в удивленные глаза любимого, ощутив, как вибрирует в нем сексуальная энергия, и толкнула его на диван.

Они не произносили ни слова. Дамир подвинул рисунок с Мерлионом так, чтобы лучше видеть. Этот его жест заставил Наташу забыть обо всем, кроме своей идеи отдаться фантастическому существу – она ощутила почти болезненный спазм внизу живота, догадавшись, что Дамир уловил суть предложенной игры.