Ошибка Гофмана

 – И уже без чипа заходит в спальню к жене. А вот там надо подумать. Либо она тоже снимает чип. Либо наоборот. Незаметно надевает его. Чтобы… Ну, чтобы был… Короче. Это такой длинный ролик. И каждый его отдельный кусочек, на полминуты или меньше – это отдельная рекламка. А все вместе – короткометражка. Готов со мной поработать над этим?

– Тебя этому в твоей Строгановке научили? – восхищенно спросил Николай.

– Я не знаю, – признался Александр. – Мне кажется, что научить нельзя. Можно дать возможность.

* * *

Руководитель проекта – Антон Вадимович Быковский – оказался крепким молодым мужчиной с легкой небритостью и глубоким взглядом, одетым, как и все вокруг, в светло-голубой халат с готическим вензелем из четырех букв.

Он пожал руку сначала Александру, потом Николаю, похлопал по плечу Виктора, который провел рекламистов на верхний ярус цеха, повел рукой над роботизированной линией, сказал: «Ходите и смотрите» – и умчался по неотложным делам.

– Простите, – вслед за ним заторопился Виктор.

 – Сегодня такой день… До пробного пуска конвейера полчаса. Прессы на самом деле нет, но ответственности выше крыши. Сейчас к вам подойдет секретарь Антона и все объяснит. Ее зовут Маша.

Николай, который открыл рот, когда заметил среди остовов ржавых пакгаузов сверкающие алюминием ангары, пока вел свою машину по новому асфальту, стоял у КПП в ожидании Виктора, а потом принимал у него такой же халат и внимал стерильной чистоте вокруг, наконец захлопнул челюсть.

– А что если это наш российский Apple? – спросил он Александра.

 – Или этот… SpaceX? Кстати, как называется фирма?

– У нее еще нет названия, – ответил Александр. – Это тоже наша работа.

– Подожди, – не понял Николай. – А вот эти буквы. На халатах. «E», «T», «W», «H»?

– Это я уже знаю, – ответил Александр. – Ernst Theodor Wilhelm Hoffmann. Графическое камео в честь однофамильца и, возможно, вдохновителя изобретателя чипа. Слышал о сказках Гофмана? Похоже, чип – одна из них.

– «Гофман корпорейшн», – ухмыльнулся Николай.

 – А вот и Маша.

* * *

Маша оказалась невысокой, но ладно сложенной рыжеволосой девушкой, лицо которой было густо покрыто веснушками.

– Она прекрасна, – успел шепнуть Евдокимов прежде, чем рыжеволосая красотка приблизилась.

– Вы – Александр, вы – Николай, а я – Маша! – звонко сказала девушка и пожала руки подопечным. – Пойдемте! Мы на верхнем ярусе, отсюда лучше всего видно. Все важные «шишки» на втором ярусе. Все рабочие – внизу.