Рандеву с врагом

Он сидел за столом и сверлил меня своими золотыми глазами. По правую руку от него сидел человек в таком же белом балахоне, а слева – Элениэль. Она подмигнула мне и глазами показала: «Ничего не бойся».

– Добрый день, лорд Раффу, господа, – кивнула я присутствующим и встала в центре вписанного в септаграмму круга, на который указал мне директор. Подождала, пока один за другим загорятся все семь лучей звезды: четыре природные стихии окрасились в свои цвета, золотистым светом засияла магия жизни, чёрным – магия смерти и сиреневым – магия звёзд.

Самыми тусклыми были последние три луча и стихия земли, зато огонь, вода и ветер пылали так, что хотелось прикрыть рукой глаза.

– Этого не может быть, – ошеломлённо прошептал незнакомый старик, что сидел с правой от оборотня стороны. Элениэль и лорд Раффу же сумели сохранить самообладание, хотя я знала, что они поддерживают мнение своего коллеги.

– Ты уже третий за сегодня адепт с высшим уровнем магии, – объяснила мне причину коллективного удивления Элениэль и добавила гораздо тише: – Это что-то да значит.

Стоило мне выйти из круга, септаграмма тут же погасла, и меня попросили показать татуировку, подаренную Оракулом. Когда я протянула запястье, на котором переливался всеми оттенками чёрного небольшой латинский крест, и сняла капюшон, директор и старик ахнули. Они долго и безрезультатно тёрли мою руку, пытаясь смыть татуировку и раскрыть обман под наш с эльфийкой беззвучный смех.

Когда мне надоела эта экзекуция, покрасневшую в месте татуировки руку пришлось отобрать.

Мужчины, проследив за моими действиями невидящими взглядами, казалось, выпали в астрал. И находились бы они там ещё долго, если бы Элениэль не взяла всё в свои руки, заслужив мой благодарный взгляд.

– Я так понимаю, Сэй определена на факультет боевой магии, – скорее утвердила, чем спросила эльфийка. Лорд Раффу после её слов тут же взял себя в руки и кивнул, назвав номер моей комнаты и предупредив, что жить я буду вместе с двумя адептами моего уровня силы.

Теперь мы с ними будем в одной связке до самого выпуска, что означало совместное проживание, обучение, ответы за проступки, практику и, конечно же, совместное отчисление в случае грубого нарушения правил или неуспеваемости по предметам.

Получив неожиданное известие, шагала по подземной галерее я с целым ворохом мыслей. Злость и растерянность заставляли чувствовать себя неуютно. Мне на шею повесили двух незнакомых людей или нелюдей, связав с ними по рукам и ногам.