Баллады и сказки

Лица я не видел краше,

И мыслей не знал чернее,

А вы, загоревшись блажью,

От мыслей греховных млели.

И медоточивой речи

Внимал я, умом смущенный,

На блюде главу предтечи

И то бы подал покорно.

Истерзанный сладкой пыткой,

Не ведавший жизни вкуса,

Я жертвою пал в попытке

Бороться с ее искусом.

Сегодня луна безумна…

Я выстоял, бог свидетель!

Вы рвали на лютне струны,

И шнур из корсажных петель.

Орган наполнял минором

Истекшее кровью сердце,

Себе я казался вором,

С ключом от заветной дверцы.

Но горек был плод победы -

Белело лицо от гнева,

Вы были в плену Эреба,

Прекрасная королева.

А я, подарив свободу

От сует мирских и плоти,

Я – самый последний грешник,

О душах чужих в заботе.

Я плачу над хладным телом,

И нет избавленья муке,

А ваша улыбка, Белла,

Застыла. Лилейны руки.

Сегодня луна безумна,

Пурпуром окрашен мрамор,

Я бедный простой игумен…

И… как же идет вам траур…

Я был не достоин, Боже,

Ни ваших даров, ни гнева,

Мне исповедь не поможет,

Прекрасная королева.

Искал я спасенье в вере,

И в это слепом смиренье,

Как раб над веслом галеры

Склонялся, страшась прозренья.

Я больше терпеть не в силах,

Как червь мою душу гложет,

Ушел бы вослед за милой -

И рвется стилет из ножен.

Но нет наказанья хуже,

Чем вечно терзаться пыткой,

Что больше в дворцовой стуже,

Не вспыхнет ее улыбка…

Май 2007г.

Баллада о старых парусах

Паруса моей шхуны давно безнадежно черны,

Роджер лыбится с флага шербато-свирепым оскалом,

Море пахнет свободой одной неоткрытой земли,

Пропустив пору юнги, я смело шагнул в капитаны.

Я хватаюсь за шпагу, взвожу револьверный курок,

Я считаю мгновенья до шанса вступить в перестрелку

Я – не воин, я – не дуэлянт, … не стрелок.

Ставит на кон судьба не брильянты – сверканье подделки.

Паруса моей шхуны, когда-то багрянил закат.

Я играл с самой смертью и плел записные интриги,

Я не верил в любовь, был, возможно, излишне богат,

Никогда не прощал, и рядиться не жаждал в вериги.

И под парусом алым хотел бы вернуться к Ассоль,

Я готов был шутить с провиденьем в бессмысленной сказке,

Но на раны ты сыпешь крутую, осколками, соль,

Ты жестока со мной – я сгущаю на парусе краски.

Паруса моей шхуны, когда-то вы были чисты,

Белый шелк надували ветра перед мысом Надежды.

Я был юным.