Баллады и сказки

Живут душа в душу, в доме мир и лад,

Старое не помнят, не глядят назад…

Слух прошел по селам, будто неспроста

Завелась виллиса в речке у моста.

С заунывной песней жуткою своей,

Запрягает будто в ладью лебедей.

Рыбаков русалка манит по ночам,

Волосы все в тине по белым плечам.

То как плоть живая, то скользит как тень,

И в тумане тает, лишь наступит день.

Из черемух белых все плетет венок,

И кого-то страстно по ночам зовет.

И нагая пляшет на речном песке,

И венки пускает по рябой воде.

Уморила лаской, пришлого купца,

У купальщиц юных платья увела.

А лишь только выйдет полная луна,

Плещется в стремнине будто вся из льда.

Светится сквозь тело поросль ракит,

Когда та виллиса на мосту сидит…

Шепчутся в деревне, что русалка та -

Вылитая точно Дунина сестра,

Настя, мол с виллисой на одно лицо,

Знать не зря в водице не нашли ее…

Кто-то и Михайле рассказал о том -

Больше не забыться ему сладким сном.

Только ночь наступит, верь или не верь -

Кузнецу приснится, что стучатся в дверь,

То в окошко глянет белое лицо,

Или скрипнет тяжко новое крыльцо.

Хмурится Дуняша – ей покоя нет,

Мужу ночь не спится, он встает чуть свет,

Кузница закрыта уж недели две,

Страх и горе глушит парень в кабаке.

Треснет где-то ветка, ветер ль запоет -

Кузнеца ж морозом сразу дрожь проймет.

Сохнет он и чахнет уж совсем не в мочь,

Старая знахарка не смогла помочь.

И священник долго слушал и кивал -

Над мостом молитвы день и ночь читал.

Наконец, решился молодой кузнец,

Как когда-то сплел он из цветов венец,

Лилии и розы – белы лепестки,

Словно для невесты, нежны и тонки…

Лишь стемнело – сразу он пошел к реке,

Видит: белый призрак кружит вдалеке,

Голос слышен робкий: плачет или поет,

Мертвая невеста милого зовет.

Хладные объятия – поцелуев лед,

Эх напрасно Дуня мужа нынче ждет…

Утро было тихим – туман у реки:

Рыбаки Михайло неживым нашли…

Апрель, 1998 г.

Песня вольного стрелка

Пускай зовут разбойником,

Я беден, ну и что ж!

У вольного охотника

Одно богатство – нож.