Паника

Ася приподнялась на локте, поцеловала его, легла голой грудью на его грудь, и он провалился в блаженную негу, а телефон, на котором всё ещё была открыта фотография, затерялся где-то среди подушек.

31.

Утром, ровно в семь, Шахова была с докладом в кабинете Гирича. Гирич выслушал её и пригласил к себе Татьяну и начальника охраны майора Решетова.

Сложив перед собой мясистые руки с короткими пальцами, Решетов смотрел в стол, как будто там у него была написана шпаргалка.

– У меня для этого недостаточно людей, – прогудел он, как только Шахова вкратце описала ситуацию.

– Много людей и не нужно, Константин Иванович… – попыталась перебить его Шахова, но он откашлялся и невозмутимо продолжил:

– К тому же, – Решетов взглянул на Шахову. – вы сами признаёте, что наша обычная процедура захвата с ней не работает.

– Да, потому что ей не нужно принимать препараты. И потому что она сильнее других наших пациентов.

– Получается, нам её в принципе не взять?

– Нет, – ответила Шахова, едва сдерживая раздражение от того, что приходилось повторять и разжёвывать, – она тоже очень уязвима.

Вчера ей стало плохо ровно в тот момент, когда у её сестры произошла остановка сердца. У Аси Фишер произошёл непроизвольный выплеск энергии, после которого она потеряла сознание.

– Ты думаешь, тут есть прямая связь? – уточнил Гирич.

– Да, – ответила Шахова. – Потому что Ася Фишер бомбардировала сознание Вероники Щукарёвой, нашей контактной, образами сестры.

– Вилами по воде писано, – прогудел Решетов. – Неизвестно, какая сестра была первой. Может быть, Анастасия с этим своим выплеском вырубила Станиславу.

– Нет. Приступ Стаси спровоцировала я, вколов наш препарат в рамках испытаний. Это нам известно совершенно точно.

– Так, – продолжил Решетов. – А у Анастасии тоже ишемия?

– Нет.

– Они же близнецы. Почему одна – инвалид, а вторая нет? Так бывает?

– Всё бывает, – пожала плечами Шахова. – В два года обе девочки болели ангиной.

Анастасия перенесла её легко, у Станиславы возникли осложнения на сердце, впоследствии развилась ишемическая болезнь. Состояние прогрессирует.

– И как это поможет нам взять Фишер? – Решетов снова бросил на Шахову тяжёлый взгляд. – И где гарантии, что мы её снова не упустим?

Шаховой захотелось застонать и уронить голову на руки: пробить туполобого Решетова было невозможно.

– Я предлагаю попробовать, Констинтин Иванович.