Паника

Увидела рядом на тумбочке пустой металлический лоток, оставленный ей на случай тошноты, взяла его и начала бить им о стену. Звук получился что надо. В коридоре раздались торопливые шаги, в палате появилась медсестра.

Вероника потребовала врача.

Через полчаса, несмотря на то, что была уже половина первого ночи, врач появилась. К её приходу Вероника уже успела понять, что, несмотря на минималистичность, интерьер в палате не дешёвый, аппаратура – новенькая, с иголочки, и очень навороченная. Даже постельное бельё было как в хорошем отеле.

Пришедшая врач оказалась под стать обстановке: худая стервозная блондинка без единой лишней побрякушки, но в адски дорогих туфлях и с безупречным маникюром.

– Добрый вечер, – вежливо, как администратор в шикарном отеле, сказала блондинка. – Меня зовут Мария Валерьевна Шахова. Как вы себя чувствуете, Вероника Юрьевна?

– Вы делали мне операцию? – Вероникин голос всё ещё звучал хрипло: давал о себе знать оставленный шарфом синяк.

– Нет. Операцию делал хирург, Рафаэль Гамлетович, а я – дежурный врач, психиатр-нарколог.

– Да знаю я, где я нахожусь, – перебила её Вероника. Лицо Шаховой дрогнуло – такого ответа она не ожидала.

– Операция прошла успешно. У вас был открытый перелом голени, полученный, видимо…

– Машина меня сбила на шоссе, – ядовито сказала Вероника. – Чёрный "Вольво ХС", на номере была девятка и буква "к". – Уехал, даже не притормозил.

– Вы, оказывается, многое помните, – осторожно сказала Шахова.

– Я всё помню, – прохрипела Вероника. – Принесите мне телефон. Я должна позвонить мужу. Он, наверное, волнуется.

– Нет, не волнуется, – ответила Шахова. Лицо её осталось бесстрастным, но внутренне она упивалась чувством мести. Щукарёв с другом избили Олега, и сведение счётов с его женой было только началом. – Мы ему уже позвонили.

– Он приедет? – нетерпеливо спросила Вероника. – Утром?

Она заговорила чуть торопливее, чем прежде, и Шахова поняла, что хотя Вероника и разыгрывает уверенность в том, что муж кинется к ней по первому зову, но всё же сомневается.

– Нет, – ответила она. – Мы пообщались по телефону. Виктор Алексеевич сообщил, что вы разводитесь и, по сути, уже являетесь чужими людьми. Приезжать он отказался. Организовывать ваш перевод в областную больницу – тоже. Сказал, что у вас достаточно денег, чтобы самой оплатить пребывание в нашей клинике.

– Вот сука! – Вероника выпалила это и закашлялась.