Паника

Асину тётушку Лида рассмотреть не успела: носилки быстро проплыли мимо, она увидела только спутанные седые волосы, крупный нос, закрытые глаза в отёчных веках, бледную, даже какую-то серо-синюю кожу. Лиде стало её невыносимо жалко.

Удаляющиеся спины работников скорой, шприц и пустые ампулы на блюдечке, запах медицинского спирта, смятая постель и заношенный халат на стуле. Лиде стало так больно и тошно, что она больше не могла сдержаться. Рыдания поднялись по горлу, слёзы обожгли глаза.

Ася вернулась в комнату, подошла, обняла, развернула к себе уверенным, взрослым жестом, словно Лида была маленькой девочкой.

– Ну, что случилось? Что у тебя произошло? – спросила Ася.

И тогда, сквозь хрипы и всхлипывания, Лида начала рассказывать всё с самого начала.

7.

Они сидели за столом: Ася заварила чай, достала из шкафчика вазочку с карамельками и, забравшись на стул с ногами, так что одна коленка почти прижималась к груди, шуршала фантиками и отпивала из большой кружки.

Свободный свитер крупной вязки спадал с её плеча, открывая белоснежную лямку спортивного бюстгалтера. В каждом её движении чувствовались сила и свобода.

Лида сидела напротив, наклонившись над столом. Её руки, живот и спину сводило от напряжения. Ни к чашке с чаем, ни к конфетам она не прикоснулась. Лицо у неё было серым от усталости и страха. И одежда у Лиды была тесная и плотная: джинсы в обтяжку, узкая футболка и джинсовая куртка.

– То есть, ты уверена, что ты этого не делала? – переспросила Ася.

 – Не шарашила своего мужа бутылкой по башке?

– Нет. Я бы просто не смогла до неё дотянуться.

– Но что же тогда произошло?

– Я не знаю. Может быть, ему просто стало плохо. А бутылку мы просто столкнули на пол, пока боролись. Я не знаю.

– Но у тебя было ощущение, что это ты его вырубила?

– Да, было. Но это просто ощущение. Фантазия.

Ася бросила на Лиду острый внимательный взгляд, и Лида вдруг похолодела от ощущения, что её подобрали и привели сюда не просто так.

Ощущение это родилось у неё в самом начале их разговора. Ася подозрительно подробно расспрашивала её обо всём, особенно о Лене: не о пропаже, а о том, как Лена жила до неё. "Это паранойя, – Лида попыталась себя успокоить. – Я становлюсь слишком подозрительной. Ей просто интересно, вот она и спрашивает".

– У тебя и раньше были такие приступы? – спросила Ася, отпивая чай.

– Нет, – ответила Лида. – Никогда.