Театр Черепаховой кошки

Можно было представить, что касаешься девушки, которая только что искупалась. Или Риты, идущей под дождем. Михаил прикрыл глаза, переживая несколько мгновений внезапно накатившего приятного возбуждения. Рука плотнее обхватила руль.

Он точно знал, что Рита замужем, но они с мужем спят в разных комнатах. Месяц назад Михаил снял себе квартиру в доме напротив.

4.

Когда Рита пришла домой, в квартире царила гробовая тишина. Коридор был темен, и ни полоски света не пробивалось из-под дверей.

Это не значило, что никого нет дома, они все могли быть тут, но Рита не стала проверять.

Из чата Риту выдернул телефонный звонок. Она вышла в прихожую, и прежде чем снять трубку, опять прислушалась к тишине квартиры.

– Да, слушаю вас, – сказала она и тут же надела на себя приветливую улыбку: звонила Инна Юрьевна: – Здравствуйте, здравствуйте!

– Здравствуйте, Маргариточка Алексеевна! Скажите, Полиночка не у вас?

– Сейчас посмотрю. Я только что с работы…

Это была ложь: часы со всей очевидностью показывали, что прошло не меньше сорока минут с тех пор, как Рита пришла домой и села за компьютер.

Рита собралась с духом, чуть нагнулась вперед – насколько позволяла тугая спираль телефонного провода – и крикнула в звенящую тишину, надеясь, что дочь и ее подруга окажутся дома:

– Саша, Полина у нас?

Ответ пришел не сразу, и был он приглушенный и смазанный, будто отвечало колодезное эхо:

– У нас.

– У нас, – послушно повторила Рита. – Не беспокойтесь, Инна Юрьевна, у нас.

– Ох, – вздохнула в трубке Полинина мать. – Как подолгу она у вас всегда сидит! Вы, наверное, там замучились, бедные, с Виктор-Сергеичем…

– Нет, что вы, что вы. Их же не видно, не слышно. А потом, мы ведь целыми днями на работе. И это хорошо, что девочки дружат. Пусть дружат: хорошие, умные девочки…

Рита Инну Юрьевну боялась – неосознанно и беспричинно.

Инна Юрьевна Ритой брезговала. Та была мелкой и незначительной: маленького роста, с мальчишеской стрижкой и острыми локтями. По должности тоже не доросла, работала преподавателем английского на платных курсах и, кажется, не имела никаких амбиций, что было Инне Юрьевне непонятно. Одевалась как девчонка, несмотря на возраст, статус преподавателя и взрослую дочь: джинсы, легкомысленные платья. Кажется, в ее гардеробе не было ни одного строгого костюма.