Племенной скот

Бывало, подозвав кого-нибудь из малышей, дед начинал учить их азбуке, чертя в пыли палкой буквы, но детвора, стоило ему зазеваться, сбегала. Ребятишкам интереснее было лазить по яблоням да искать в лесу и на поле сладкие капли земляники. На взрослых же ложился тяжкий труд, и с зари до захода солнца домашние работали, не разгибая спины, так что учить грамоту было некогда, и редко кто мог прочесть простое слово или сосчитать хоть бы до десятка.

Дед Сергей захотел встать. Бордовая когда-то, а теперь бурая, изъеденная ржавью крыша жигуленка вызывала в нем жгучее желание вернуться в те времена, когда он был молод, а все, кого он любил, – живы.

Дед оперся руками о палку, расставил пошире ноги и попытался подняться, но лишь неуклюже качнулся.

– Что, дедушко, что? – услышал он над собой ласковый голос. Женская ладонь легла на его плечо. – Плохо вам?

Дед Сергей слегка повернулся и увидел ту самую правнучку, которая расчесывала его утром и вешала простыни во дворе и имени которой он так и смог вспомнить.

– Хорошо все, внучка, хорошо, – проговорил он слабым, едва слышным голосом и от непривычки засипел, договаривая последнее слово: разговаривать ему приходилось совсем немного.

– Может, водички вам принести? Не жарко?

– Принеси. Разжарел, – согласился дед и облизнул губы, а девушку похлопал по руке иссохшей шершавой ладонью.

– Лиза, что?! – послышался из-за сарая встревоженный громкий голос. Девушка подняла голову и, улыбнувшись, крикнула в ответ:

– Ничего, Вер, дедушко пить захотел!

– А ну и слава богу! – послышалось в ответ.

Лиза принесла большой деревянный ковш, наполненный колодезной водой, и дед Сергей с благодарностью начал пить, вспоминая ключ и лещину, и свет, льющийся из-под земли.

Это был май или июнь? Наверное, май, потому что лето в тот год тянулось очень уж долго…

Был май, жена вешала белье на балконе, и в открытую дверь залетал теплый вечерний ветерок. Щебетали, носясь по небу, стрижи; что-то кричали во дворе играющие дети.

Дед Сергей, молодой тогда, пятидесятилетний, включил телевизор, потому что с детских, советских еще лет привык смотреть новости каждый вечер.

Он устроился на диване полулежа, подложил под затылок руку и внимательно слушал то, о чем ему рассказывали. Новости были обычными: ничего тревожащего. Главы сверхдержав готовились к экономическому саммиту. Строительство олимпийских объектов приближалось к завершению. В Сибири газифицировали деревни…

Потом случилось что-то странное.