Ужасный выбор Гвендолин

Я схожу с ума от злости, которую Гвендолин во мне пробуждает. И ничего не могу сделать. Все мои контрмеры она сводит на нет.

– Сегодняшний вечер был сложным? – спросил слуга, пряча улыбку.

– Ужасным! Никогда больше не пойду на экспозицию предметов искусства. Это же тихий кошмар. Одна тарелка похожа на другую. Вся разница только в том, что на первой – листики, а на второй – цветочки! И я вообще не понимаю, почему это считают шедевром. Почему скажем, эти тарелки, а не бокал, который я держу в руке? Ну слепил ее кто-то тысячу лет назад, чем же она особенна? Или кусок проволоки, свернутый немыслимым образом так, что непонятно, где перед, где зад.

Что в этом необычного? Что я должен был ей говорить?

– Кому, проволоке? – не понял Малур.

– Какой проволоке?! С ней было бы гораздо проще! Нет, принцессе, которая ждала, что я оценю этот моток железной стружки!

– Господин, прошу вас, не нервничайте. Все уже прошло. Этот вечер закончился…

– Но будет другой.

Я уверен, она еще что-нибудь организует! Надо взорвать этот дворец, тогда я буду свободен.

– Не стоит идти на крайние меры, – увещевал слуга.

Немного подумав, я сфокусировал свой взгляд на Малуре.

– А может, напоим тебя оборотным зельем? Идея мне кажется хорошей. Инициализацию крови я прошел, принадлежность к королевской ветви подтверждена…

Маг спал с лица и быстро заговорил:

– Увы, это невозможно! Я не столь воспитан и образован, как вы, и не могу на равных общаться с принцессой.

Где-нибудь да выдам себя. А еще нельзя подделать характер. Ее высочество с вами много общалась и уже хорошо узнала. Если у нее закрадется хоть малейшее подозрение и правда выплывет наружу, скандал будет неминуем!

Я обреченно вздохнул. Нельзя не признать, что доводы Малура логичны и разумны. Снова накатила безнадега. Чувствовал ломоту в костях и во всем теле. Видимо, действие зелья заканчивается, и надо принять еще порцию.

– Прикажи приготовить мне ванну, – буркнул я, и слуга на радостях понесся исполнять мое приказание, осознав, что беда его миновала.

А я, с трудом выбравшись из кресла, едва не пополз в сторону стола, где меня ждала проклятая отрава, которая держит организм в этом облике. Самая сложная битва, которую я знал, а видел немало! Тяжко вздохнув, опрокинул в себя очередную порцию оборотного зелья.

Надо что-то делать.