Страницы жизни: будь со мной

Денис тяжело вздохнул:

– Обидно, я искренне хотел позаботиться, – он так и стоял с протянутой бейсболкой в руке, я тяжело вздохнула. Он ведь и правда не виноват, что я не очень хорошо себя чувствую.

– Спасибо, – надела я бейсболку, которая пахла его парфюмом, очень приятным, с одной стороны, мягким, но каким-то дерзким. – А сам? – кивнула я, чтобы не сказать больше ничего лишнего.

Денис молча снял футболку. М-да, к такому повороту я была не готова. Никогда б не подумала, что вегетарианец может быть настолько накачанным.

– Что? – поинтересовался он.

– Ты точно вегетарианец? Что-то ты слишком… – замялась я, чтобы не брякнуть «красивый».

– Это большая иллюзия, что все вегетарианцы тощие и бледные. Среди олимпийских чемпионов есть адепты правильного питания, просто нужно сбалансировать все и ходить в спортзал.

– Ммммм… – продолжала я пялиться на Дениса, пока он заворачивал футболку тюрбаном на голове. «Блин, мужик в моде разбирается лучше меня, капец!» – подумала я и тут заметила татуировку у него на плече. Я встала, чтобы лучше рассмотреть ее:

– Почему птица?

– Что? – посмотрел на меня Денис. – А это-то? – поймал он мой взгляд. – Да так, ошибки молодости.

– Ха, – усмехнулась я, – сделал татуху, теперь жалеешь.

– Отнюдь.

Я подняла на него недоуменный взгляд. Денис улыбнулся:

– Когда татуировкой забита вся рука от плеча до запястья.

– А что за ошибка тогда? – Я уставилась на него.

– Там была другая татуировка.

– Женское имя, – рассмеялась я.

– Господи, она не только красивая и умная, но еще и догадливая! Вот повезло братцу, – съязвил Денис. – Да, женское имя было. С тех пор я решил, что больше на моем теле никогда не будет женских имен.

– Несчастная любовь, – сделала я страдальческую гримасу, но мгновенно пожалела об этом, лицо Дениса стало грубым и жестким, он окинул меня ледяным взглядом.

– Скорее притча о дружбе.

Я открыла было рот, чтобы спросить, но Денис резко перебил меня:

– Я не хочу об этом говорить, – чуть отошел он и стал собирать ягоду.

Я оторопела от такой реакции: «Надо же, какие мы ранимые!» – усмехнулась я про себя. И продолжала украдкой поглядывать на него, все время сравнивая их с Ильей.