Институт рас. Некромантки предпочитают брюнетов

А из моей памяти еще не изгладился случай на последнем звонке, когда полкласса замывалось в туалете, потому что Колю Виватова вырвало фонтаном на своих одноклассников.

– Нет, спасибо, обойдусь, – поспешно отказалась я.

– Тебе неприятно находиться среди людей? – сочувствуя, продолжила лезть мне в душу староста.

О моей особенности знали все, и это сильно отравляло мне жизнь.

– Да, – призналась я. – Но совсем не потому, что я испытываю физически неприятные ощущения. Просто, находясь в обществе, постоянно требуется напрягаться, идти на компромиссы и уступки, люди добавляют в жизнь сложностей и постоянно создают ближним проблемы.

Вот как ты, например. Тебя не звали, а ты пришла, да еще начала расспросы.

– Хм… Мне сложно понять, как можно без подруг?

Легко!

– Мы вот с Людой не разлей вода, и я не представляю, что бы делала порой без ее совета.

Люда – это еще одна активистка класса. И, будь моя воля, я предложила бы массу вариантов, что Юля могла бы делать без своей подружки. Например, ходить без рогов, так как Люда уже третий месяц крутит роман с парнем Юли.

– Ну… конечно, ты права, я постараюсь исправиться, – я сочла за благо согласиться.

– Сейчас будет выступление цыган, – заговорщически прошептала староста и ушла, оставив меня наедине с собой.

Я поначалу думала, что она пошутила, однако, когда на сцену небольшого кафе вышли настоящие цыгане и запели, я в полном шоке так и осталась сидеть в своем углу.

Креативность Юли, кажется, перешла все границы.

Но, оказалось, это еще полбеды. После выступления нам было предложено погадать, и весь класс по очереди отправился в подсобное помещение, чтобы узнать свою судьбу.

Чушь полная, по-моему, но грозный взгляд классного руководителя не позволил мне оторваться от коллектива, да и повода сбежать не было. Через полчаса из всех непросвещенными остались только я и Люда. И пока Юля искала свою подругу, я отправилась к гадалке.

Едвая вошла, как все мое внимание сконцентрировалось на пожилой женщине со смуглой кожей и темными пронзительными глазами, одетой в несуразную пеструю одежду и яркой банданой на голове.

– Ну, что встала? Проходи, садись. Я уж начала волноваться, что ты не придешь.

Удивившись такому нестандартному началу, я опустилась на стул напротив нее и ляпнула:

– Не думала, что цыгане заставляют работать пожилых.

Я закрыла рот, но было поздно. Как говорится, слово не воробей: вылетит – не поймаешь.